Над морем высится утёс, солёный ветер веет,
Там замок на краю скалы, над волнами темнеет.
Когда-то замок белым был и златом разукрашен,
Теперь в лазурных небесах - как сажа шпили башен.
Зияют окна темнотой – незрячие глазницы,
И стены дикий виноград скрывает багряницей.
Люблю бродить в тиши руин вечернею порою,
Когда таинственный портал мне духи приоткроют,
И проведут сквозь тьму веков по своему желанью,
Туда, где в бликах давних дней рождаются сказанья.
За замком вспыхнул солнца луч и – красное на красном -
Огонь закатный пробежал по лепесткам атласным.
Куда ни посмотри, мой друг – повсюду маки рдеют.
Туманным маревом дрожат видения, хмелея.
Я вижу образ - нежный Паж, как мил твой лик небесный,
И под рукой твоей струна дрожит, рождая песню.
Листок сорвался и кружит в тени вечерней сада
Под вязью тонкою ветвей слагаю я балладу…
***
Давным-давно тому назад, когда – уж не упомню
Будил округу эту звон высокой колокольни.
Над белым замком орифламм по ветру гордо вился,
А в небесах над ним орлан не торопясь кружился.
Желто-малиновый рассвет встречали пеньем птицы,
И арбалетчик вдаль глядел из узенькой бойницы.
Который год в том замке жил красивый Паж несмелый.
По вечерам бродил с саду под деревом с омелой,
Играл на лютне по ночам аморные напевы -
С безумной страстью Паж любил младую Королеву.
Не смел, бедняга, глаз поднять, в огне пылая жарком,
Но всякий день преподносил при встрече ей подарки:
То скромный – медь и бирюза – на пальчик перстенёчек,
То яблока румяный плод иль полевой цветочек.
А Королева все дары с улыбкой принимала,
Но тонкий шарфик у пруда увы, не оставляла.
Мой бедный Паж, из года в год ты ждал любви от девы,
Но неприступною слыла младая Королева.
***
И вот однажды, в майский день, когда взошли посевы,
В свой Белый замок на турнир сзывала Королева.
А в день, как яблоневый флор на землю осыпался
На этот памятный турнир цвет рыцарства собрался.
И рвутся рыцари на бой, до смерти биться рады -
Шарф с королевского плеча – наивысшая награда.
Тогда решил несмелый Паж: «Нет жизни без любимой!
Я буду ждать, когда в саду пройдёт красотка мимо,
И ввечеру, как свет Луны прольётся благодатью
Поцеловать хотя бы край шифонового платья».
Качнули сумерки в саду лиловые качели,
Остыли капельки росы и соловьи запели.
И вот… идёт… шуршат шелка, мерцают светотени,
И молит деву нежный Паж, упавши на колени:
«Я знаю, что не получить объятий ваших жарких.
Пусть так! Но заслужу в бою я ваш шелковый шарфик.
Позвольте драться мне, а там – Господь меня рассудит».
Она ж, головку наклоня: «Ну что ж, пусть так и будет».
Мой бедный Паж! Как сможешь ты сразиться на турнире?
Ведь пальцы нежные твои касались только лиры.
***
И вот, герольды поутру у замка затрубили,
Глашатаи, в цветных плащах прилюдно огласили
Всех, кто собрался на турнир, взыскуя честь и славу,
И в тучах ветреный рассвет разлил свой свет кроваво.
За замок, в росные поля, прошествовали гости -
Там Королева, средь цветов, сидела на помосте.
Ломались копья о щиты, мечей сверкали блики,
Не разберешь, где смертный стон, а где - победы крики.
Мой Паж, в доспехах, на коне по полю мчит как ветер,
А мысли – лишь о ней, одной, и взор отважный светел.
О, он сражался, словно лев, откуда только силы,
Но не отвага – мастерство в той битве победило.
Упал на землю юный Паж, упал, копьем пронзённый.
Последний вздох, последний взгляд – печальный и влюбленный.
И на ристалище, в пыли, багрянцем, кровь осталась
А Королева поднялась, и громко рассмеялась…
***
Давно покинут замок тот, не возродится снова,
Как сотни лет назад парит орёл белоголовый.
А кровь несчастного Пажа, что над любовью плакал,
В земле согревшись, проросла прекрасным нежным маком.
И каждый год, как по весне звенели птичьи трели
В зелёном поле семена из маковок летели.
Прошли века… и с той поры пролитой чистой кровью
Пылает поле у руин горящею Любовью.
Мой бедный Паж! Мой смелый Паж! Никто тебя не славил,
Но песню сердца своего в балладе ты оставил.
сентябрь 2014
Иллюстрация: Элинор Фортескью-Брикдейл. Лик бледный истиной любви (1899)
