Он был высоким и до невозможности худым, этот Шурик, вечно напоминая то ли неудачно скроенного аиста, то ли вопросительный знак, застывший в недоумении. Его лицо было не просто выразительным — оно жило отдельной, бурной жизнью, моментально сменяя скучающую гримасу на увлеченность, а задумчивость — на язвительную ухмылку. Она же, Вера, была его прямой противоположностью: не просто красивая, а ослепительно привлекательная, с такой фигурой, что даже скучный школьный фартук на ней сидел, как дизайнерское платье. И если Шурик в школе был тенью, то Вера — его личным солнцем, вокруг которого вращались все мальчишки из параллели. Иногда ему казалось, что вся их дружба — это какая-то ошибка, затянувшаяся на годы, и вот-вот она одумается и переведет свой ослепительный взгляд на кого-то более достойного.
Познакомились они, как водится, в первом классе. Вера, уже тогда задававшая тон, на первом же уроке рисования отобрала у Шурика его единственную красную гуашь со словами: «Ты и зеленой нарисуешь, ты же мальчик, ты не заметишь». Он не заметил. Так и пошло. В восьмом классе она, спасаясь от докучливого ухажера, впервые схватила его за руку и заявила: «Мы с Шуриком гуляем!» Он так удивился, что не нашёлся что ответить, и весь год ходил в статусе «парня самой Верки», смутно надеясь, что всё это не шутка, и втайне боясь, что завтра она над ним же и посмеется.
