Khelga

Она называла моего младшего - Тигор. Моего среднего встречала в Питере, тормошила, расспрашивала, кормила.

 

Она связала смешные варежки, когда моя дочь на физре повредила запястье. Передала в Москву с нарочным.

 

Однажды мы напились на Литейном, и она забыла в моей съёмной квартире шарф. Огромный - наверное, можно было замотать её, маленькую, целиком. Чёрный. Я потом полдня таскала его в рюкзаке, чтоб передать. Ныла в телефон, что проще оставить себе, потому что тоже такой хочу.

 

Я очень боялась за неё, когда к ней возвращались болезни.

 

Она была из тех двоих, кому я могла открыться без ключа.

 

Год назад, двадцать шестого двадцать первого в двенадцать пятьдесят Южаков написал в личку - Марина умерла.

 

Её нет. Но у меня остались переписки, книжки, варежки, магнит с Исаакием, много ещё чего. И шарф. Она подарила почти такой же. Только не чёрный. Пёстрый, как грёбаная жизнь. Я в нём сплю, когла холодно.

 

Я пока больше не могу ничего писать. Экран плывёт.