Khelga

Субботнее, но в понедельничную тему.

 

***

Веду мальчика с баскетбола. Мальчик не забил или не добил. Недоволен. Сворачивает с парадно иллюминированного тракта на тропинку. Возле тропинки недосоленный снег. И перевареные хрущёвки.

 

Оказывается, из хрущёвки можно выпорхнуть. Не только вывалиться хозяйственной сумкой вперёд. Выпорхнуть. Выпархивает. Ресницы до неба, губы-вишни. Блондинистый хвост длиной с улицу Профсоюзная. Нежный подбородок утопает в дымчатых мехах - наверное, для воротника истребили рысь или талантливо покрасили синтетику, исполняющую обязанности.

 

При этом заметна исключительная тщательность образа до пояса. Ниже пояса почти пижамные штаны и калошки, напоминающие кроксы, но не кроксы.

 

Я не понимаю.

 

Между тем фея деликатно вытесняет меня с тропинки. И оказывается впереди.

 

И включает видеозвонок - громкую связь, и щебечет на плохом итальянском. Пользуя всяческие ми пьячи, шепелявя и запинаясь. Впрочем, не забывая порхать.

 

Моё непонимание достигает критической точки. Я тяну шею и вижу в телефонном окне таинственной незнакомки мужика заграничного дизайна, лучезарного и вороного. Видимо, настоящего итальянского жеребца. С хорошим итальянским.

 

И в щёгольской рубашке.

 

Сзади проклятья в адрес Сергея Сергеича, тренера по баскетболу. Спереди - иноязычный щебет и, наверное, любовь, инициатор - Тиндер или как там его. Тиндер Сергеич?

 

Окрест сугробы и хрущовки.

 

Через минуту-другую фея сворачивает в правый сугроб. Оберегая от деанонимизации нижнюю часть тела (я бы тоже стеснялась подобных штанцов, явно надетых второпях), черпает трепетной рукою снег и бросает его вверх. Хихикает и бросает ещё и ещё. Ловя снежные полёты телефонным видоискателем.

 

Дура какая-то, думаю я. И ещё думаю - вот бы у дуры всё сложилось. Примерно так. Кончится ковид, дура оформит шенгенскую визу и улетит к жеребцу - например, в Бергамо, ничего особенного, но Базилика Санта-Мария-Маджоре, крепостная стена, виноградники. И русская из хрущёвки и итальянец из базилики небрежно поблагодарят Тиндера Сергеича и полюбят друг друга плотской любовью. После они будут пить лёгкое вино, щуриться на солнце, спорить насчёт абажура на кухне - действительно, в наше-то время зачем на кухне абажур? И у них родятся дети - две девочки. А потом, на старости лет - мальчик. Высокий в папу. Будущий баскетболист.

 

- Мам, - бубнит мне в спину сын, - я хочу чипсы, зайдём в магазин?

 

Я выныриваю из Бергамо. Думаю - жаль, что сегодня нет снегопада, на фоне настоящего нерукотворного снегопада красавица смотрелась бы ещё красивей - и итальянец влюбился бы накрепко, навсегда, мучительно, без надежды на выздоровление. До сына-баскетболиста и далее со всеми остановками.