Серёжкин

На LOEB посмотришь – ужас возьмёт. Была у меня "идея" – выучить латынь и древнегреческий (даже словарь и учебник куплен был по латыни), но припозднился я с тою идеею – аккурат в институт поступал тогда (совсем даже и технический). Это нужно действительно в детстве. А "читать" это величие "в переводе" – это, увы, читать фантазии отдалённые и современностью приправленные... Даже много более современное сравнишь абзац (я всё про Диккенса, конечно) – и убегаешь в ужасе (не говоря даже о непереведённых концовках и важных деталях посреди)... Хорошо было Жюльену Сорелю. Одарённый пламенной душой, Жюльен обладал еще изумительной памятью (...) он выучил наизусть по-латыни весь Новый Завет... ... Прелат, все более и более довольный так удачно сложившимся вечером, попробовал было заговорить с Жюльеном об истории церкви. Он тотчас же заметил, что Жюльен его не понимает. Он перешёл к состоянию нравов римской империи эпохи Константина. Конец язычества отличался тем же духом беспокойства и сомнений, который в XIX веке угнетает многие разочарованные и скучающие умы. Епископ обнаружил, что Жюльен даже и не слыхал имени Тацита. Когда он выразил свое удивление по этому поводу, Жюльен простодушно ответил, что этого автора у них в семинарской библиотеке нет. — Ах, вот как! Я очень рад это слышать, — весело сказал епископ. — Вы меня выводите из затруднения: вот уж минут десять я стараюсь придумать, как бы мне вас отблагодарить за приятный вечер, который вы мне сегодня доставили, и, главное, так неожиданно. Вот уж я никак не ожидал встретить учёного в воспитаннике моей семинарии. Хоть это будет и не совсем канонический дар, но я хочу подарить вам Тацита. Прелат велел принести восемь томов в превосходных переплётах и пожелал сделать собственноручно на титуле первого тома любезную дарственную надпись на латинском языке — поощрение Жюльену Сорелю. Епископ имел слабость гордиться своим тонким знанием латыни. На прощание он сказал Жюльену серьёзным тоном, который резко отличался от тона всего разговора. — Молодой человек, если вы будете благоразумны, вы со временем получите лучший приход в моей епархии, и не за сто лье от моего епископского дворца; но надо быть благоразумным. Пробило полночь, когда Жюльен в сильном недоумении вышел из епископского подворья, нагруженный томами Тацита. * * * А что касается современного состояния Поэзии (именно так — с большой буквы), то я на днях подарил небольшую звёздочку (по скромным возможностям моим — серебряную) следующему произведению именно Поэзии. Светлана Ветер * Домишко, рядом станция... https://poembook.ru/poem/2212346 //