Ирина Полюшко


Отзывы о моём втором поэтическом сборнике «Откровенное».

 
1 мая в 9:25Отзывы о моём втором поэтическом сборнике «Откровенное».
Вместо предисловия
 
Юрий Семецкий
 
Впервые со стихотворением Ирины Полюшко я столкнулся на каком-то конкурсе пейзажной лирики. Её работа показалась мне подражанием Есенину, подражающему Клюеву. Однако на фоне современных подёнщиков быть похожим на классиков — это уже нечто. Но я бы не запомнил это имя и не стал бы следить за её новыми публика- циями, если бы она осталась пребывать в том же статусе. Очень скоро я заметил, что стихи Ирины стали меняться. В них оставалось всё меньше созерцательности и становилось всё больше социальности и жизненной правды. В её стихах боль и радость человека за каждого из нас, выраженная единственным способом, доступным только поэтам. Впрочем, не слушайте меня, лучше почитайте её стихи.
 
Евгений Овсянников
 
Стихи Ирины Полюшко абсолютно точно заслуживают, чтобы их читали. За ними — живой, неравнодушный и нетривиальный взгляд на этот большой мир. Обращает на себя внимание широкий тематический диапазон произведений — пейзажная, фило софская, гражданская, любовная лирика, шуточные стихи. Нельзя не отметить и значительный творческий рост автора за несколько последних лет.
 
 
Роман Смирнов
 
Стихи Ирины Полюшко отличает особая довери тельная интонация, что является одним из маркеров настоящей поэзии. Вместе с оригинальной подачей, преимущественно в постмодернистском ключе, это даёт уникальную смесь. С ней соглашаешься, принимаешь целиком и, в общем, меняешься.
 
Владимир Сорочкин
 
С творчеством Ирины Полюшко познакомился на сайте Стихи.ру несколько лет назад. Новый для меня автор показался интересным и перспективным — в её поэзии было и знание жизни, и умение ясно вы ражать свои мысли, доверительно говорить о своих чувствах. Взвешенность и зрелость — вот, пожалуй, то главное, что, позволило выделить произведения Ирины Полюшко среди многочисленных творений, с которыми знакомит литературный портал.
Поэтесса пробует свои силы в разных жанрах. Лирика, гражданские и философские стихи, басни, афоризмы, пародии, стихи для детей — вот далеко не полный перечень того, за что берётся писательница, и многое ей удаётся.
Творчество Ирины отличается добротой, искренностью, стремлением осмыслить нашу реальность, отразить быстробегущее время. И это подкупает, не оставляя равнодушными тех, кто прикасается к поэтическому миру Ирины. Автор находится в постоянном поиске, постигает новое, работает со словом и образом. Продолжая традиции русской литературы, поэтесса идёт к читателю с добрым словом и открытым сердцем.
 
Елена Скачко
 
«Осень — поэма Дворжака С привкусом пахлавы...»
Именно с этих строк началось мое знакомство с творчеством Ирины. «Где Дворжак, а где пахлава?» — удивилась я сначала, но образ формировался, зрел и не отпускал. И он вдруг обрел всё: и аромат, и цвет, и мелодию, и силу...
Строки Ирины пахнут. Соснами, розовыми кашками, цикорием, мятликом, ряской старого пруда, даже оду- ванчиками с лысыми головками. В стихах оживают предметы, которым автор дарует душу. Предметы живут своей жизнью, а оказывается, — твоей...
А еще во взрослых стихах Ирины очень много детства, и оно так гармонично!
Филигранное владение короткой строкой, в которую вложены тысячи смыслов, образов, сюжетов, — потрясает! Ирину легко читать, тексты льются, словно впитываются в читателя. Но простота эта весьма обманчива, потому что идеи глубоки, детали ярки и неповторимы.
Ирина «всеядна» в поэтическом смысле. И пейзажная лирика, и легкий юмор, и ностальгические стихи, и социальные тексты — всё затягивает, делает читателя собеседником или соучастником. Если характеризовать поэзию Ирины в несколь- ких словах, то, пожалуй, воспользуюсь её же строкой: «Очень хочется верить в людей и давать им шанс...»
 
Елена Севрюгина
 
Ирина Полюшко пришла в поэзию относительно недавно, и тем не менее было бы неправильным назвать её начинающим автором. Являясь по основной специальности врачом-стоматологом, Ирина раскрывается в своем творчестве как филологически образованный, внимательно и бережно относящийся к художественным деталям автор.
Это женская лирика в самом хорошем смысле слова. Мягкость поэтической интонации, отменная звукопись, очень юный, жизнерадостный и непосредственный взгляд на мир — вот характерные особенности этой поэзии.
Название книги — «Откровенное» — совсем не случайно. Поэтесса открыта для своего читателя, она делится с ним самым важным, ценным, значимым — своей личной историей, своими чувствами и восприятием мира.
 
Петра Калугина
 
Может ли быть что-то более откровенное, чем выстраивание отношений между собой и миром, отображённое в слове? Выстраивание, обустройство и обживание их, по сути — исследование человеком самое себя. Познай себя сам. Исцели себя сам. Исцели — познанием.
Автор книги стихов «Откровенное» — врач по специальности и по призванию, поэт по судьбе, и это со- четание, как, впрочем, и всегда в подобных случаях, не могло не сказаться на особости взгляда и настройках оптики. Врач деликатен и внимателен. Скрупулёзен и точен при сборе анамнеза. «Внутренний доктор» в Ирине Полюшко развёрнут к ее «внутреннему лирику» самым что ни на есть дружественным, сердечным образом, готов слушать и принимать.
Читатель — свидетель этой доверительной и предельно откровенной беседы.
«Ну-с, начнем, — говорит доктор. — С чего начнем? С весны? Давайте начнем с весны...»
И книга — начинается с весны. Шумливый, волнующий свежестью обновления мартовский ледоход; носящийся над городом «стриж души», окрылённой апрелем; «И снова май» с его любовной маятой, соловьями и сиренями. С искалеченным тополем без ветвей.
 
Но весна будет яркою. Старый тополь, держись! Даже за циркуляркою Есть для дерева жизнь.
 
Обретение себя за некой чертой, за рубиконом, разделившим на до и после, — один из основных мо- тивов Ирины Полюшко. Черта мерцает, сдвигается, по разному проявляет себя на разном материале, будь то смена времен года, переход от юности к взрослению и материнству, от жизни — к смерти (чужой, наблюдаемой сострадающими глазами автора), от любви — к нелюбви, от счастливой тёплой совместности — к одинокости и остуде. Черта мерцает, но она есть, и ее драматичное, глубинное про- живание «собирает» книгу.
Композиционно книга разбита на несколько блочков: открывается пейзажно-календарной лирикой с подробным и основательным погружением в ка- ждое из времен года. Месяцы называются, прого- вариваются: ...май, июнь, июль, август... сентябрь... а вот и октябрь уж наступил... Поначалу такой прин- цип объединения текстов кажется немного наивным и механическим, но ближе к сентябрю вдруг ловишь себя на том, что с огромным удовольствием проделал этот календарный круг, словно прокатился на пони в красивом парке. «Шёл по кругу календарь...», как сказано у автора. Вот-вот, именно.
Отчего бы не доставить себе радость напомина- нием о том, как уютно и приятно устроено время (по крайней мере, земное время). Как различные отрезки этого времени взаимопроницаемы, отражены и закольцованы друг в друге.
Увидеть лето
И в снежной саге, И в первой луже, И быть поэтом Не на бумаге,
А где-то глубже.
 
...Из осени — в зиму. В пустую корзину Закинутый мячик-снежок.
Вчера ещё жарко, и липко, и марко, А нынче прозрачно, свежо.
 
После раздела «Пейзажное» идут еще несколько, где тексты тоже тематически объединены, но привязка к «теме» не столь явная. Это просто лирика — философская, любовная, ироническая, игровая, притчевая, исторически-нарративная... жанровый разброс велик, от элегического размеренного этюда до обманчиво-примитивной бормоталки, марширующей бодрым ямбом. И везде автор верен себе — не распахивается, а приоткрывается, не предъявляет, а обаятельно кротко доверяется стороннему восприятию. Не всё и сразу, а штрихами, обмолв- ками, подетально...
Эта тихая — «тихолирическая» — манера очень располагает к себе. Мне понравилось выискивать- высматривать автора в бытовых притчах и историях вещей («Фонарь и Люстра», «Стакан и рюмка»). По- нравилось, читая оммажи и посвящения Мандельштаму, Пастернаку, Бродскому, Рыжему, отлавливать живой нерв связи между этими поэтами — и этим, Ириной Полюшко. Мне были интересны ее свежие, нетривиальные рифмы, которые невозможно не заметить и не «споткнуться» (в хорошем смысле) о них глазами.
А самое яркое впечатление на меня произвел стих про птицу и карусель — великолепное, изящно
и лаконично выполненное, исполненное глубочай- шей философии и психологизма иносказание о самой сути жизни.
 
Трясогузка
 
В детском парке, в карусельном лоне,
Где жужжат моторные дела,
Спрятавшись от взглядов посторонних,
Трясогузка гнёздышко свила.
Кожух — словно тёплая рубаха.
Да вот только эта круговерть!
И металась маленькая птаха
Между двух понятий: жизнь и смерть.
Мы переживали вместе с нею:
Птичка тоже мать, в конце концов.
Значит, невозможное сумеет —
В карусели выведет птенцов.
 
Этот текст стал для меня средоточием поэзии Ирины Полюшко, сердцем книги. Но, конечно, другой читатель откроет книгу — и отыщет в ней другое сердце, свое. Чем больше читателей, тем больше у книги сердец, биение которых можно услышать даже без стетоскопа.
 
Ирина Чуднова
 
Стихи Ирины Полюшко продиктованы желанием донести до читателя то, что радует, печалит и заботит автора, что притягивает его внимание — природа, память сердца, человеческие чувства и отношения. Всё, что пишет Ирина, было ею пережито и перечувствовано, образы городской природы узнаваемы и придутся ко двору многим нашим современникам.
Особенно замечательны стихотворения-баллады о людях и событиях, с которыми автор имела дело. В них явственно отражение мира, обращённое к душе.
Книга называется «Откровенное» — и это действительно откровенный рассказ о жизни.
Во время пандемии Ирина работала в красной зоне, и стихи, вынесенные в небольшой, но весьма нелишний раздел «Коронавирусное», как раз и говорят об этом опыте. Говорят глазами очевидца. Они очень личные, но в то же время понятные, обращённые к нашему коллективному опыту.
Читая эту книгу, можно грустить, радоваться, сопереживать людям и природе, пространствам души автора.