Макова Марина

Вчера в Ватсапе состоялась встреча членов клуба писателей Хабаровска по поводу пьесы «Городская сумасшедшая», которую написал один из наших авторов. Два часа шло обсуждение. На предыдущем заседании в самом клубе, когда мы еще не были в изоляции, автор рассказал о главной героине, о том, как собирал материал. Некоторые, кто долго живут и в центре города, даже её вспомнили. На меня этот рассказ произвел такое оглушительное впечатление, что засел занозой где-то в подкорке и я практически сразу написала стихотворение.

А вчера выясняется, что автор оказывается врач-психиатр, и главная героиня была его пациенткой. Вот оно где собака зарыта! А то прям все такие белые и пушистые, даже Ангел-хранитель присутствует, как одно из действующих лиц пьесы. Который, почему-то, то в госслужащего превращается, то в санитара больницы.

 

И ещё, у меня сложилось впечатление, что она была абсолютно нормальным человеком, которую всё её окружение, включая автора, пытались задвинуть на место, и отобрать то последнее, чем она дорожила.

 

Короче я автору, тактично разумеется, сказала: - дайте девушке сыграть её роль, хоть маленький отрывочек, да хотя бы монолог.

Раздербанте его на фразы и пропустите лейтмотивом через весь спектакль.

Она же всю жизнь играла свою несыгранную роль, про себя играла: в очереди ли, на работе ли, в больнице, дома, перед соседями.

Введите в спектакль второй план, через стоп-кадр. Я это вижу так: идет действие, вдруг все замирают и погружаются во тьму, как проваливаются в подсознание человека. Свет только на героиню, и она начинает играть свою Кармен. Буквально несколько минут, а потом возврат к предыдущей мизансцене.

А то, наиздеваются над человеком, а потом пьесы про него пишут, а его-то в них и нет, только одни страдания и произвол.