Издать сборник стиховИздать сборник стихов

Скачко (Полеви) Елена


Семечки и поэзия: что общего?

 
21 июн 2019
#письма_главного_редактора
 
Это маленькое эссе-воспоминание было опубликовано несколько лет назад. ФБ сегодня заботливо напомнил. Оставляю здесь. Вроде как в тему :)
 
Газета была молодежная. И вроде даже весьма продвинутая по тем временам. При ней работала литературная студия, и я понятия не имею, как туда попала. Наверное, просто увидела объявление в газете. Или папа как-то узнал, он всегда был моим самым преданным читателем…
Студией руководили два известных поэта, один из них – главный редактор газеты. Люди там были разные, многих не помню, а вот строки их помню. Да, бывает и так, человека не помню, а то, что он говорил, осталось в памяти глубокой зарубиной… И вот торжественный момент – мою подборку стихов берут в печать!
Областной газеты! Мне еще нет 18, я хлопаю глазами, как немецкая кукла, не понимая, как это круто. По тем временам. В 18 лет в областной газете…
Для публикации нужно фото. Люди ведь должны увидеть юное дарование)) Естественно, все имеющееся забраковано, - не годятся для серьезной газеты легкомысленные кадры с подружками или веточками сирени.
 
Решено снимать.
Слова «фотосессия» еще не было.
На лице ни капли косметики. Естественно лежащие волосы, слово «укладка» тоже еще не водилось в моем лексиконе. Блузка цвета шоколада с кремовой тонкой отделкой.
Все происходит в кабинете главреда. Штатный фотограф то сажает меня на стул, то заставляет вставать. Как с факелом, носится с настольной лампой. Пристраивает ее то слева, то справа, то выше, то ниже. Смотрит в объектив и колдует снова. Падает на пол, глядя на меня сверху вниз. Я пугаюсь. Я уже устала. Я уже ничего не хочу. Забегая вперед скажу, что лучшего ч/б фото не было больше в моей жизни. Ни с макияжем, ни с фотошопом :)
 
Подборка выходит знатная. Почти вся последняя полоса отдана мне. Гордые родители скупают, наверное, полтиража, чтобы подарить коллегам и знакомым. Я тоже рада. Даже немного ошарашена. Но в универ газету несу только избранным. Почему-то стесняюсь своей неожиданной «славы». Было время такое: раз напечатали в газете, значит, ты крут. Доля истины в этом была. Разные механизмы работали, но за деньги в газетах не печатали. И книг не издавали. Это точно.
Прошло несколько дней, я забрела на Благовещенский рынок. Было тепло, хотелось чего-то. Может, черешни, может абрикосов. На одном из прилавков бабка бойко торговала семечками. Крупными такими, серыми, с белыми прожилками. Мой любимый сорт семечек.
Подхожу.
И вижу ...свой портрет.
Аккуратные, разорванные по сгибу газетные квадратики лежат перед ней стопкой. Из них баба ловко крутит кульки (Как же не люблю это слово! Но это именно – кульки! ). Прямо на моих глазах кулёк с моим портретом перекочевывает в руки покупателя. Щедро насыпанные семечки скользят по моему одухотворенному лицу…
 
Я стояла и смотрела. Глаз не могла оторвать, как живо народ интересуется бабкиными семечками, унося с собой обрывки моих стихов. Не поверите, но грустно не было. Было смешно. «Ничего, - сказали родители. – Кто-то выбросит, а кто-то разгладит и прочитает…»
 
В общем, вот такая она суть творческой жизни. Для кого-то обрывок газеты для пошлого кулька, а для кого-то частичка души. Для кого-то подсобный материал, а для кого-то – холст мечты.
А газета не сохранилась.
И фото тоже.
Я всегда была безразлична к собственным архивам.
Отзывы
21.06.2019
Классно написано, жизненно, как и стихи, которые пишете.
Очень нужные слова. Это реальная помощь. Спасибо Вам.
Лена, вам нужно сюда нести все, что пишете в ФБ. Это кладезь, жизнь, мудрость, годный контент, в конце концов! А про газетную глорию мунди - да... Нашему еженедельнику когда-то достался бонус: бесплатное пользование обкомовской загородной банькой. Набивались по пятницам в редакционный жигуль и ехали омывать тела и обмывать свежий номер. Главред был из идейных, очень заботился о судьбах России, так что обсуждали какие мы смелые и молодцы - вот и *Бесконечный тупик* Галковского печатаем, и революционного Дёгтева, и Суворина открываем заново для страны и мира... И параллельно бутылки откупориваются и снедь раскладывается - сало там, огурцы, селедку дербанят. Без сервизов, по-пролетарски. И когда пафос достиг апогея - всем было предложено встать и спеть хором *Выхожу один я на дорогу* - тот, кто чистил селедку на родной газете, сказал: *Смотри, Палыч, вот он, век нашей работы*.
Галковского..;))
Точно блин! ) Никита, расплавились мозги от жары )
а у меня утро, и ноги замёрзли по росе ходить..))
Не рви сердце )Так хочется замерзнуть! Днем сорок, ночью двадцать пять )
Шикарная история!
Вот такое жизненное — хоть смейся, хоть плачь!)) Реально ценимы мы для единомышленников и родных-друзей. А слава — понятие приходящее и тут же — в семечки, в суету...
Сирано. Любите вы сладости? Дуэнья. Ужасно. Сирано. Вот и прекрасно! Позвольте ж мне вам предложить сонет Почтеннейшего Бенсерада! Дуэнья. Ох! Сирано. Не пугайтесь: как награда, Вот горсточка в него насыпанных конфет. Дуэнья(меняя выражение лица). Ах! Сирано. А питаете ль вы склонность к этим пышкам? Дуэнья. Да, сударь! Даже слишком. Сирано. Раз… два… нет, мало двух: Кладу вам три в поэму Сент-Амана. А в недра этого тяжелого романа — Вот вам бисквиты, легкие, как пух. А, пирожки еще с малиновым вареньем! Те подойдут как раз К Шапленовым стихотвореньям. А эти вафельки? Они прельщают вас? Дуэнья. О! В них я влюблена! Сирано(нагружая ее пакетиками). Теперь извольте слушать: Прошу вас это все на улице докушать… Дуэнья. Но, сударь… Сирано(выталкивая ее). Полноте, не будет вам вреда. Когда все кончите, вернетесь вы сюда. ———- Дуэнья Сударь! Пирожков нет больше у меня! Я все доела их. Сирано Возьмитесь за пакеты И прочитайте все поэмы и сонеты. Эдмон Ростан. Сирано де Бержерак Перевод великой Щепкиной - Купереник )
22.06.2019
В этой связи вспомнился случай давнишний. В 1988 году в «Вечерней Казани» напечатали мой первый рассказик. «Скифская песнь». И вот, примерно месяц спустя, иду на работу и кто-то меня окликает. Я с трудом разглядел в толчее. Давний полуприятель. Когда-то тусовались в одной компании, потом жизнь раскидала по микрорайонам, почти не виделись. А он рукой машет, постой, мол. Весь запыхался. Ну и после первых «ну как ты, вообще» он говорит: «Слушай, я тут твой рассказ прочитал. Ишь ты! Давно пишешь?» Я тут потупился, зарделся, пишу уж вот. А он вдруг эдак доверительно: «Хочешь откровенно? Чёт не понравилось. Ну ты уж извини, я уж прямо в глаза. Ага. И жене моей тоже чёт не очень. Да…» Потом мы разошлись по делам, утро, обоим на работу. Не знаю уж, как он, а ехал в своём 26 автобусе и думал: это ж ведь надо было — разглядеть в толпе, рукой махать, догонять, запыхаться, чтобы вот так вот, прямо в глаза всю правду. По-честному, от души так. Всё-таки не перевелись ещё хорошие, искренние люди!
Надо найти газету.