26.11.2025

Геральдический медведь

Сегодняшнюю мою развесёлую запись убрали под замок. Но не пропадать же красивой фотке в частности и красоте в целом.

Летняя зарисовка, сделанная через несколько дней после близких к мамкиной даче атак БПЛА.

***

Тут уже с неделю спокойно. Звуки детей, цикад и гражданских самолётов, запахи перезревших ягод, девятипроцентного уксуса, шашлычного дыма и наспех кошенной травы: младший сын поломал хорошую немецкую газонокосилку, вместо неё впопыхах купили китайский триммер, к которому приобщились все, кроме меня (я его боюсь) и, собственно, младшего сына (отлучён от сельхозтехники на неопределённый срок и, судя по всему, счастлив ввиду данного обстоятельства).

Я нашла среди десятилетьями хранимого дачного тряпья панаму из отрочества. Немецкую, как почившая газонокосилка. С кармашком для соплей - для чего ещё может быть нужен карман на панаме?

...и, ухмыляясь карману - и заодно вышитому на нём берлинскому геральдическому животному - нахлобучиваю головной убор, хватаю веерные грабли - и резкими крестьянскими движеньями сгребаю мёртвую траву в аккуратные стожки. Не сгребёшь - растащат дети, и через полчаса трава будет везде. Даже в борще. Даже в ушах.

Сидящая в надувном бассейне шестилетняя синдромальная Василиса расстреливает меня из водяного пистолета. Я, сообразуясь с ритмикой граблей, ору - то хенде хох, то дас ист фантастиш. Васька щурит раскосые глаза и смеётся. Вылезает из бассейна, кокетливо поправляет на плечике купальничек, срывает с низкой яблони два листа - и изо всех сил машет ими. Делает мне ветер.

Знаете, отчего в мире бывает ветер? Оттого, что Васька (синдром Дауна, русые косы, фамильные голубые очи, лиловый купальник набекрень) взмахивает, всплёскивает, взлетает пухлыми ручками, в каждой ручке - заскорузлый яблоневый лист.

На дачных сотках штук пять малинников; в ближних, окультуренных, пасутся дети. В дальний - о да, подхватив пасторальный бидончик и пристроив на башку берлинского медведя с карманом наизготовку - бреду я. В дальнем - тёмном, обширном, ощетинившемся, заросшем по шею крапивой - самая мелкая и самая вкусная малина. Говорят, дед-грибник укоренил черенок, мимоходом выломанный (на обратном пути надо было чем-то отмахиваться от комарья) в лесном малиннике. Черенок вгрызся в скудную сельскую землю - и разросся, и разродился, и по сей день продолжает расти и рожать.

Я недолго любуюсь упреждающими зарослями зверобоя. Миную чистилище. Лезу в ад. Надо ли говорить, что ввиду жары и ввиду глупости на мне - помимо панамы - лишь лиф и шорты? Меня обступает сумрак, на голову и на плечи сыплется мелкая мошкара, по голым ногам хлещут шипастые малиновые плети. И всё, всё тело жалит крапива, жалит нежно и зло, остро касается локтей, груди и губ; и это странно похоже на секс. Я отмахиваюсь от мошек и от секса, и в бидон начинают падать, частя и толкаясь, драгоценные ягоды. И четвёртая решительно не успевает мерещиться.

...здесь безвременье,, здесь всюду стопки гламурных журналов из прошлого века - биографии Эсте Лаудер и Мстислава Ростроповича перемежаются рецептами расстегаев и схемами вязания чего-то обширного с пупырками. Здесь кирпичный дядькин гараж с мотоциклетной коляской, где сам мотоцикл - бог его знает. Здесь электропроводка, дышащая на ладан, и рассохшиеся стулья с гнутыми спинами. Здесь в одной из горниц - обшарпанный стол, на нём - бабкин неприкосновенный стаканчик для валокардина и скромные тетради, в которых она - незадолго до смерти - крупно и кругло писала: сегодня приезжал сын Николай, поправил забор; весной купить цыплят; от подагры помогает пижма; в десять нуль-нуль передача гармонь поёт, не забыть включить тиливизор. После гармони не забыть тиливизор выключить. На втором тиливизоре я начинаю плакать, плачу примерно десять секунд, больше не получается.

Я сейчас сижу под корявым тёрном, у моих ног вертится кудлатая мамина кошка, на руку, которой я держу смартфон, пикирует настырная оса - наверное, я до сих пор пахну лесной малиной. На небе облака, похожие на розовую шпаклёвку. Гудит самолёт, идущий на посадку в Шереметьево; впрочем, про самолёт я уже писала.

Становится прохладно.

Впереди ночь.

Может быть, спокойная.

Геральдический медведь

Поделиться

Звёзды