Wowk

Оскар Фингал О’Флаэрти Уиллс Уайльд (16 октября 1854 года, Дублин — 30 ноября 1900 года, Париж) — английский философ, эстет, писатель, поэт ирландского происхождения. Один из самых известных драматургов позднего Викторианского периода.

В 1881 году вышел его первый поэтический сборник «Стихотворения» (Poems), написанный в духе «братьев прерафаэлитов».

В самом начале 1882 года Уайльд сошёл с парохода в порту Нью-Йорка, где налетевшим на него репортёрам он по-уайльдовски бросил: «Господа, океан меня разочаровал, он совсем не такой величественный, как я думал». Проходя таможенные процедуры на вопрос о том, есть ли у него что-либо, подлежащее декларированию, он, по одной из версий, ответил: «Мне нечего декларировать, кроме моей гениальности».

Отныне вся пресса следит за действиями британского эстета в Америке. Свою первую лекцию, которая называлась «Ренессанс английского искусства» (The English Renaissance of Art), он завершил словами: «Мы все расточаем свои дни в поисках смысла жизни. Знайте же, этот смысл — в Искусстве». И слушатели горячо зааплодировали. На его лекции в Бостоне в зал перед самым выходом Уайльда явилась группа местных денди (60 студентов из Гарвардского университета) в коротких бриджах с открытыми икрами и смокингах, с подсолнухами в руках — совсем по-уайльдовски. Их целью было обескуражить лектора. Выйдя на сцену, Уайльд незатейливо начал лекцию и, как бы невзначай оглядев фантастические фигуры, с улыбкой воскликнул: «Я впервые прошу Всевышнего избавить меня от последователей!»

Всё его турне по Америке было образцом смелости и изящества, равно как и неуместности и саморекламы. Своему давнишнему знакомому Джеймсу Макнилу Уистлеру в письме из Оттавы Уайльд шутливо хвастался: «Америку я уже цивилизовал — остались только небеса!»

Проведя год в Америке, Уайльд вернулся в Лондон в отличном расположении духа. И сразу же отправился в Париж. Там он знакомится с ярчайшими фигурами мировой литературы (Поль Верлен, Эмиль Золя, Виктор Гюго, Стефан Малларме, Анатоль Франс и проч.) и завоёвывает без особых трудностей их симпатии. Возвращается на родину. Встречает Констанс Ллойд, влюбляется. В 29 лет становится семьянином.

В 1887 году он опубликовал рассказы «Кентервильское привидение», «Преступление лорда Артура Сэвила», «Сфинкс без загадки», «Натурщик-миллионер», «Портрет г-на У. Х.», которые и составили сборник его рассказов. Однако же Уайльд не любил записывать всё, что приходило ему на ум, многие рассказы, которыми он очаровывал слушателей, так и остались ненаписанными.

В 1890 году в свет вышел единственный роман, который окончательно приносит Уайльду сногсшибательный успех — «Портрет Дориана Грея».

Но критики обвинили роман в безнравственности. В ответ на 216 печатных откликов на «Портрет Дориана Грея» Уайльд написал более 10 открытых писем в редакции британских газет и журналов, объясняя, что искусство не зависит от морали.

1891—1895 гг. — годы головокружительной славы Уайльда. В 1891 году выходит сборник теоретических статей «Замыслы» (Intensions), где Уайльд излагает читателям свой символ веры — свою эстетическую доктрину. Пафос книги в прославлении Искусства — величайшей святыни, верховного божества, фанатическим жрецом которого был Уайльд. В том же 1891 году он написал трактат «Душа человека при социализме» (The Soul of Man under Socialism), в котором отвергается брак, семья и частная собственность. Уайльд утверждает, что «человек создан для лучшего назначения, чем копание в грязи».

Отдельно стоит написанная по-французски в это время одноактная драма на библейский сюжет — «Саломея» (Salomé; 1891). По заверению Уайльда, она была специально написана для Сары Бернар, «этой змеи древнего Нила». Однако в Лондоне её постановке воспрепятствовала цензура: в Великобритании запрещались театральные представления на библейские сюжеты. Напечатана пьеса была в 1893 году, а в 1894 году вышел и её перевод на английский язык с иллюстрациями Обри Бёрдслея. Впервые пьеса была поставлена в Париже в 1896 году. В основу «Саломеи» положен эпизод гибели Библейского пророка Иоанна Крестителя (в пьесе он фигурирует под именем Иоканаан), нашедший отражение в Новом Завете (Матф 14:1-12 и др.), однако версия, предложенная в пьесе Уайльдом, отнюдь не является канонической.

В 1892 году написана и поставлена первая комедия «блистательного Оскара» — «Веер леди Уиндермир» (англ. Lady Windermere’s Fan), успех которой сделал Уайльда самым популярным человеком Лондона. Известен очередной эстетский поступок Уайльда, связанный с премьерой комедии. Выйдя на сцену по окончании постановки, Оскар затянулся сигаретой, после чего начал так: «Дамы и господа! Вероятно, не очень вежливо с моей стороны курить, стоя перед вами, но… в такой же степени невежливо беспокоить меня, когда я курю». В 1893 году выходит его следующая комедия — «Женщина, не стоящая внимания» (The Woman of No Importance), в которой само название строится на парадоксе — до того «апостол Красоты» почувствовал этот приём родным.

Ударным в творческом отношении становится 1895. Уайльдом написаны и поставлены две пьесы — «Идеальный муж» (An Ideal Husband) и «Как важно быть серьёзным» (The Importance of Being Earnest).

Об отношениях с Альфредом Дугласом и последующих злоключениях Уайльда рассказывать не будем.

Освобождённый в мае 1897 года из тюрьмы, Уайльд переехал во Францию и сменил имя на Себастьяна Мельмота (Sebastian Melmoth). Фамилия Мельмот была заимствована из готического романа знаменитого английского писателя XVIII века Чарльза Метьюрина, двоюродного деда Уайльда, автора романа «Мельмот Скиталец». Во Франции Уайльд написал знаменитую поэму «Баллада Редингской тюрьмы» (The Ballad of Reading Gaol; 1898), подписанную им псевдонимом С.3.3. — таков был тюремный номер Оскара (камера № 3, 3 этаж, блок C). «Баллада» вышла в свет тиражом в восемьсот экземпляров, напечатанных на японской веленевой бумаге. Помимо этого, Уайльд опубликовал несколько статьей с предложениями по улучшению условий жизни заключённых. В 1898 году Палата общин приняла «Акт о тюрьмах», в котором отразились многие предложения Уайльда.

Незадолго до смерти он сказал о себе так: «Я не переживу XIX столетия. Англичане не вынесут моего дальнейшего присутствия». Оскар Уайльд скончался в изгнании во Франции 30 ноября 1900 года от острого менингита, вызванного ушной инфекцией.

Смерть Уайльда была мучительной. За несколько дней до её прихода он потерял дар речи и мог общаться исключительно жестами. Агония наступила 30 ноября в 5:30 утра и не прекращалась до момента его смерти.

Он был похоронен в Париже на кладбище Баньо, откуда позже, через 10 лет, его могилу перенесли на кладбище Пер-Лашез (Париж). На могиле установлен крылатый сфинкс из камня работы Джейкоба Эпстайна (в честь произведения «Сфинкс»). С течением времени могила писателя покрылась поцелуями, поскольку бытует с некоторых пор поверье: поцеловавший сфинкса найдет любовь и никогда её не потеряет.

 

Созерцатель

 

Империя на глиняных ногах —

Наш островок: ему уже не сродно

Теперь всё то, что гордо, благородно,

И лавр его похитил некий враг.

И не звенит тот голос на холмах,

Что о свободе пел: а ты свободна,

Моя душа! Беги, ты не пригодна

В торгашеском гнезде, где на лотках

Торгуют мудростью, благоговеньем,

А чернь идет с угрюмым озлобленьем

На светлое наследие веков.

Мне жалко это; и, поверив чуду

Искусства и культуры, я не буду

Ни с Богом, ни среди его врагов.

 

Перевод: Н. С. Гумилева

 

Libertatis Sacra Fames (Священная жажда свободы)

 

Прекрасны идеалы демократий,

Когда подобен каждый — Королю, —

Но я определенно не люблю

Разгула нынешних крикливых братий;

Монарх — достоин менее проклятий,

Чем гнусных демагогов болтовня, —

Анархией Свободу подменя,

Они уже готовят нас к расплате;

Мне мерзостно, когда над баррикадой

Возносится позорный красный флаг,

И хамство правит: под его громадой

Дух гибнет, Честь мертва, молчат Камены, —

И слышен лишь Убийства да Измены

Кровавый и неторопливый шаг.

 

Перевод: Е. В. Витковского

 

Impressions 1

 

I

 

Les silhouettes 2

 

Морская зыбь в полосках серых. —

Унылый вихрь не в ритме с ней.

Луна, как лист осенних дней,

Летит по ветру в бурных шхерах.

 

На фоне бледного песка

Прибрежный челн награвирован,

В нем юнга — весел, чернобров он, —

Смеется рот, блестит рука.

 

На серых и росистых дюнах,

На фоне тонких облаков,

Как силуэты, ряд жнецов

Идет обветренных и юных.

 

II

 

La fuite de la lune 3

 

Тут слуху нету впечатлений,

Тут только сон, и тишь, и лень.

Безмолвно там, где тлеет тень,

Безмолвно там, где нет и тени.

 

Тут только эхо хриплый крик

У птицы горестной украло.

Она зовет подругу. Вяло

Ей вторит берег, мглист и дик.

 

Но вот луна свой серп убрала

С небес и в темное крыльцо

Ушла, накинув на лицо

Вуали желтой покрывало.

 

1 Impressions — Впечатления (франц.).

2 Силуэты (франц.).

3 Бегство луны (франц.).

 

Перевод: П. П. Потемкина

 

Федра

Саре Бернар

 

Как скучно, суетно тебе теперь со всеми,

Тебе, которой следовало быть

В Италии с Мирандоло, бродить

В оливковых аллеях Академий.

Ломать в ручье тростник с мечтами теми,

Что Пан в него затрубит, и шалить

Меж девушек у моря, где проплыть

Мог важный Одиссей в своей триреме.

О, да! Наверно, некогда твой прах

Таился в урне греческой, и снова

Ты в скучный мир направила свой шаг,

Возненавидев сумрака оковы,

Унылых асфоделей череду

И холод губ, целующих в Аду.

 

Перевод: Н. С. Гумилева

 

На «Vita nuova» Данте

 

Стоял над морем я безмолвный и унылый,

А ветер плачущий крепчал, и там в тени

Струились красные вечерние огни,

И море пеною мои уста омыло.

 

Пугливо льнул к волне взмах чайки длиннокрылой.

«Увы! – воскликнул я. – Мои печальны дни.

О, если б тощий плод взрастили мне они

И поле скудное зерно озолотило!»

 

Повсюду дырами зияли невода,

Но их в последний раз я в бездны бросил смело

И ждал последнего ответа и плода, –

 

И вот зажегся луч, я вижу, онемелый,

Восход серебряный и отблеск нимбов белый,

И муки прежние угасли без следа.

 

Перевод: Эллиса

 

Декоративные фантазии

 

Под тенью роз танцующей сокрыта, —

Стоит там девушка, прозрачен лик,

И обрывает лепестки гвоздик

Ногтями гладкими, как из нефрита.

 

Листами красными лужок весь испещрен,

А белые летят, что волоконца,

Вдоль чащи голубой, где видно солнце,

Как сделанный из золота дракон

 

И белые плывут, в эфире тая,

Лениво красные порхают вниз,

То падая на складки желтых риз,

То на косы вороньи упадая.

 

Из амбры лютню девушка берет,

Поет она о журавлиной стае,

И птица, красной шеею блистая,

Вдруг крыльями стальными сильно бьет.

 

Сияет лютня, дрогнувшая пеньем,

Влюбленный слышит деву издали,

Глазами длинными, как миндали,

Следя с усладой за ее движеньем.

 

Вот сильный крик лицо ей исказил,

А на глазах дрожат уж крошки слезы:

Она не вынесет шипа занозы,

Что ранил ухо с сетью красных жил.

 

И вот опять уж весело смеется:

Упал от розы лепесточков ряд

Как раз на желтый шелковый наряд

И горло нежное, где жилка бьется.

 

Ногтями гладкими, как из нефрита,

Все обрывая лепестки гвоздик,

Стоит там девушка, прозрачен лик,

Под тенью роз танцующей сокрыта.

 

Перевод: М. А. Кузмина