Dr.Aeditumus

29. Зеньковский (Основы христианской философии. Т.1: Христианское учение о познании, гл.2: п.6.) отождествляет единый Логос неоплатоников с «соборным сознанием» кн. Трубецкого. Если бы он сопоставлял это последнее с энергийной структурой Логосного древа Максима Исповедника, вряд ли могло бы случиться подобное смешение, ибо в этом случае очевидно и ясно усматривается различие их онтологического статуса.

Творящий Логос суть Лицо Божественной Троицы, Слово Отчее, Им же всё сотворено и существует. Соборное же сознание может мыслиться лишь как интегральная функция твари (доколе всё не придёт к единству в Боге, сиречь до Второго Пришествия). При этом истинная соборность достигается только в том случае, если сознание ипостасного разума соборуется посредством приобщения к Древу Единого Логоса (и сие есть союз святых во Святом Духе). То же следует сказать и о трансцендентальности ума и содержания мышления. Мысль трансцендентна плоти, но тварный ум, сфера его мыслительной деятельности и Божество трансцендентны телесному бытию различным образом, ибо интеллектуальное познание Бога и приобщение Ему в духе отнюдь не одно и то же. Можно, пожалуй, говорить о степенях или иерархии трансцендентности: то, что уму предуставлено по его достоинству, ни коим образом не может быть достигнуто мышлением, ибо оно упраздняется (или преобразуется) там, где пространства, времена и процессы возвращаются к своей изначальной, духовной сути (подлинной модальности), а причины и следствия образуют не последовательность событий, но иерархию состояний бытия в его отношении к Истине. Или иначе: ум превосходит мышление и его содержания, ибо об изменяемом (о тленных сущностях, преходящих состояниях и временных модусах) можно говорить лишь по отношению к временному существованию, умная же природа была сотворена Словом в Начале (сиречь до времени) и спасена Его воплощением в вечности (Азъ есмь Альфа и Омега, Начало и Конец, Первый и Последний, Откр.22:13).

 

Что такое сознание Адама райского? Это «полный пакет» свойств первозданной умной природы плюс живое общение с Создателем плюс задание на обожение, на восхождение в совершенное богоподобие, тождественное нетварной природе Истинно Сущего. Подлинно соборное сознание – это состояние святых, ныне почивающих в Боге и тех доселе здравствующих, кои, живя во благодати Духа, имеют разум Христов. Этот вот Христов Разум и есть единственно возможное онтологически и допустимое догматически Соборное Сознание. Однако, суммарное сознание человечества не суть оное Божественное сознание, но некое ментальное поле падшей умной природы, в котором – каждое в свою меру – формируется сознание её рождающихся во плоти ипостасей. Это интегральный исторический опыт падшего жительства Адамовых детей минус личное покаяние разумного существа, испорченного первородным грехом, навыком порочной жизни и утратой живой связи с Истиной. Таким образом, интегральное знание падшего существования – это область отрицательного сознания по отношению к Разуму, соборуемому во Христе, даже если частные знания и сообразны Истине, всё равно, парадигма плотской жизни такова, что их сила используется не во благо, не по воле и разуму Божества, а по воле страстных конечных существ, руководимых извращённым умом падшего архангела ко греху и погибели.

 

Итак, ныне Соборное Сознание есть Церковь, истинно понимаемая как Тело Христово, ибо для персональной религии не приемлемо иное соотношение, кроме единичного и единого сознания, присутствующего в цельности единого тела. Как для нас, ипостасных разумных существ, необходимым и достаточным является одно сознание (которое и именуется ипостасью словесной природы), так и для Церковного единства ему (сиречь, Соборному сознанию) надлежит быть единым и единственным. То, что мы обозначили как ментальное поле не суть некая самостоятельная духовная природа, – ибо природа не усматривается существующей помимо индивидуальных тел, – но всё аккумулированное человечеством знание, руководящее жизнью его наличных действующих сообществ, знание, хранимое в человеческой памяти и в артефактах, доступное всякому частному лицу, но отнюдь не являющееся – во всей своей полноте – содержанием его подсознания (а тем паче сознания). Индивидуальное подсознание (а только таким оно и может быть) суть хранилище собственного опыта в свёрнутом, метаструктурном, метаморфном виде. Также и члены Церкви причастны Соборному сознанию иерархически, по мере своего духовного совершенства (подобно причастности бесплотных умов ангельского эона светолитию Божественных ведений). Эта причастность суть степень стяжания благодати, сообразная месту в Церкви и мере подвига, мере душевной чистоты. Греховные же плотские существа бывают причастниками того рода ментальности, которая присуща включающей их исторической и религиозной форме общественного бытия. И такое сознание не может быть соборным с сознанием параллельных сообществ, ибо Истина одна, и те, кто не в разуме Истины, те во лжи супротивного духа, ибо «какое согласие между Христом и Велиаром?». Поэтому будем различать ментальную парадигму (коих множество) и Соборное Сознание, зиждимое (созидаемое) в Истине.

 

Следовательно, и об этом нашем рассуждении можно сказать, что оно истинно в меру нашей причастности Соборному разуму Церкви, живущей Святым Духом, и ложно в меру погруженности нашего ума в существование падшей твари, прельщаемой лукавым духом князя сего, во зле греха лежащего мiра.

 

Первый день Великого Поста, 27.02.2012.