32 МАЯ
Звёзды сияют, свежи и точь-в-точь умыты -
будто оттёрты дотошной рукой до блеска.
Вышел указ: Птолемей и Коперник квиты.
То-то иллюминация – как на Невском!
Мчат метеоры, забыв ПДД, по небу -
значит, и здесь самокаты вошли в привычку;
мрамор говяжий с лихвой нагуляют зебу
прежде, чем щёлкнет - и вылетит пулей птичка.
Тучки разбухли – сошли бы вполне за клёцки:
славится влажной уборкой небесный клининг.
Под кипарисом задумчиво курит Бродский –
важное что-то ему излагает Плиний.
Нить летописную звёздный плетёт мицелий -
не отличишь, фантазия или правда;
Бог опечален проблемой теодицеи,
дьявол смеётся и всё ещё носит Prada.
Движется время – поток ядовитой ртути,
сонно Хеопса ладью провожая в вечность.
Ave, маэстро, урежьте нам tutti-frutti! –
блюзом разбавим органную эту млечность.
