В минуту отчаяния.
Что ты знаешь, когда до отчаяния?
Когда до боли, до трещин в груди.
Что ты знаешь, когда в молчании
Больше двух тысяч лет пустоты.
Что ты помнишь о нас, о взаимности
Что можешь о страхе сказать?
Когда образ твой отпечатался в вечности
Словно родинка та на плечах.
Да как можешь ты, серокаменный,
Мне всю душу порвав на куски,
Вот так просто звонить моей маменьке
И просить полчаса погостить.
Не забыть мне глаза твои карие,
Не забыть мне тоску и печаль.
Как гуляли мы в грушевом садике,
Как от счастья хотелось кричать.
Я хочу позабыть все мгновения,
Что так сладостны были.Увы!
Не дано мне благословение.
И все дальше молчу от тоски.
Когда до боли, до трещин в груди.
Что ты знаешь, когда в молчании
Больше двух тысяч лет пустоты.
Что ты помнишь о нас, о взаимности
Что можешь о страхе сказать?
Когда образ твой отпечатался в вечности
Словно родинка та на плечах.
Да как можешь ты, серокаменный,
Мне всю душу порвав на куски,
Вот так просто звонить моей маменьке
И просить полчаса погостить.
Не забыть мне глаза твои карие,
Не забыть мне тоску и печаль.
Как гуляли мы в грушевом садике,
Как от счастья хотелось кричать.
Я хочу позабыть все мгновения,
Что так сладостны были.Увы!
Не дано мне благословение.
И все дальше молчу от тоски.

