Μοίρα.
Как пленницу, тайну храни неусыпно. Сбежит - её пленником станешь ты сам.
Μοίρα*.
Не сожалея ни о чём и карме жизнь свою вверяя,
Живу лишь солнечным лучом, который тлеет догорая.
Живу тобой, живу в тебе, назло невзгодам и разлукам.
И память воскрешает мне, дела, свершаемые крýгом.
Ошибки сделаны, а в них весь опыт прошлых мирозданий.
Слова любви и сплетен соль всегда пребудут, а страданий
Ничто не лишено во всём, одним лишь словом или взглядом,
Разрушить мир, построить дом, парить в раю иль падать адом.
Покуда скупость бытия по капле нам дарует жизни.
Вибрации, где выдох-вдох переворачивают мысли.
Вдох с выдохом сменив себя подарят паузу, однако,
Нет остановки ни на миг, хотя и кажется двояко.
В словах найдём ответ всему, но в Абсолюте – «ноль»-искусство.
Тот «ноль» - молчание под дождём, где дождь просачивает чувство,
Тех жизней, что незримы нам, подарят с грустью слёз разливы.
Подобно образам и снам годами нашими творимы.
Так сделано, не нам судить и осуждать за это глупо.
У кармы свой особый вид, она чеканит судьбы скупо.
Подарит миг и смотрит в даль, без сожалений и упрёков.
А жизнь несётся в свой предел предоставляя цепь уроков.
И станут плетью по спине, а может быть уловом счастья.
Переливаясь сном во сне, где достигаются согласия.
Там снова дождь в пустыне льёт, но солнце влагу испаряет.
Не долетает до песка, он так давно о ней мечтает.
Когда был океана дном, мечтал о ясном чистом небе.
Кому-то истина в вине, но лишь голодным она в хлебе.
Следят за всем её глаза, прозрачны будто бы медузы.
Они предвидели меня, когда вступал я в Сиракузы.
С тех пор следим и мы за всем – ценой, войной, одеждой, модой.
Всё заключается в себе, определяется свободой.
Следим за ней – она нема, скупа к мольбам, словам, надеждам.
Свершается в свой час судьба лишь не понятно то невеждам.
Без промедлений, сожалений и откровений ни о чём,
Она всё взвесив соизмерит и рассечёт острым мечом.
И сколько там до дна колодца лететь стремглав, чтобы упасть.
Чай в блюдце, с сахаром на донце, так же и жизнь – ни в цвет, ни в масть.
Растает в памяти увядшей, а время дальше побежит,
Всё торопя во след горячей секундной паузе, что сшит,
И Ян и Инь…, соизмеряясь соединят себя внутри,
И обретая форму круга проявят Дао, где огни
Сияют синим с позолотой и белым с розовым снежком.
Но кармы стук подковой звонкой обсыплет чёрным порошком.
Всё полыхнёт вдруг вспышкой яркой, обрадует и приведёт,
Туда, где скорлупою тонкой сокрыт от света чистый лёд.
Но отопрут тепло и радость любовь – овальную всегда.
Стремится к кругу, в такт вращаясь, и где ответом слово – да.
Согласие во всём и сразу, и созерцание узлов,
Что нас связали прочной вязью на протяжении веков.
Реинкарнации устали одно и тоже повторять,
Нас обучая неустанно, как надо всё соизмерять.
А мы с упорством ищем правду, чтобы себя с нею сравнить.
Судьба всё знает, помогает, и жизнь нам даёт испить.
____________________________________________________________________
*Μοίρα – судьба (греч.)
