Фасоль

Источник веры не у всех один. Одних манит оригинал картин, Других реклама, пафос и вранье, А третьи ищут что-нибудь свое. Юроды эти третьи. Что с них взять!? Их можно век и доле проверять, Им можно хлеб годами не давать И гнать за веру, то есть верность, гнать. И в этих третьих сразу не поймешь: Безумство ими правит или ложь, Иль хитрость небывалая, корысть. На что юроды эти повелись? Их гонят и чужие, и свои. Их обвиняют слуги сатаны. Их, даже, убивают по местам, Но эти третьи вечны тут и там. Одни легли на кладбищах своих, Другие заступили место их. Их травят, а они себе живут. Но чем, скажи, помазано им тут!? Они с системой мира не в ладах. У них всегда бескормица в трудах, У них болезни, все не перечесть; Но в полудохлых совесть с честью есть. Ну нет бы жили с массой наравне, Кищащей беззаконием, оне, Так нет, назло, а может, вопреки Хотят быть в белом эти чудаки. Их мажут грязью все, кому не лень, Их разоряют каждый божий день, В надежде, что сойдут от бед с ума, Но юродам, что плаха, что тюрьма. У ног их босых вся Россия-мать. Не раз уже пытались в них стрелять, Но пули возращаются тот час В сердца и лбы стрелявшим, реже в глаз. Весна придет, но дело не в весне, А в том, кому и как служат оне. Так преданно, что мукой не прижмешь И смерть они не ставят ни во грош. Я думаю, в юродах сила есть, Как козырь в рукаве, святая месть; Как некое оружье против масс, Что так храбры бывают в смертный час. А прочие, обрядовость храня, Хотели бы погреться у огня Безумцев этих, с огненной душой, Но страх обжечься их хранит покой.

Всё просто, если сложное не в счёт. Простое, как положено - течёт. Отыщет путь под веками вода рекой, которой некуда впадать. Прямое попадание

/она бежит, раздевшись донага, искать себе другие берега./ Но, найдя эти берега, река так и останется нагой...

То не частый сегодня случай, когда эмоция и рифма сливаются в гармонию. Здорово!

Откликнулось.

Превосходное стихотворение!