Саймон Ли
Вблизи имения Айвор,
Средь райских Кардиганских мест
Жил старый егерь — с давних пор
Прославленный окрест.
Но спину крепкую его
В дугу согнуло время:
Ее восьмидесяти лет
Отяготило бремя.
Еще опрятен голубой
Его мундир былых времен.
Но догадаться мог любой
О том, что беден он.
Беспечным егерем служил
Он четверть века с лишним.
И ныне щеки у него
Подобны спелым вишням.
Никто трубить, как Саймон Ли,
Во дни минувшие не мог:
Четыре замка той земли
Будил веселый рог.
Давно уж пуст Айвор, увы!
И господа в могилах,
Собаки, лошади мертвы —
Лишь Саймон пережил их.
Былые подвиги его,
Как убедиться вы могли,
Лишили глаза одного.
О, бедный Саймон Ли!
Свой век влачит он без детей
В существованье скудном,
С женою старою своей
На выгоне безлюдном.
Он весь осунулся, зачах,
Фигура сгорблена, крива.
На тощих, высохших ногах
Он держится едва.
Он смолоду не знал труда,
Он не ходил за плугом —
Явилась к Саймону нужда
С годами и недугом.
Средь этих пастбищ и полей
Вслепую мог носиться он,
Опережая лошадей,
Ведя счастливый гон.
Он все еще от лая псов
Приходит в упоенье,
От их веселых голосов,
Звучащих в отдаленье.
Покрепче Саймона была
Его жена, старуха Рут,
И часто на себя брала
Хозяйский тяжкий труд.
Но хоть с работой разлучить
Едва ли что могло их, —
Не много проку было в том,
Увы, от них обоих.
Близ хижины, поросшей мхом,
Принадлежал им клок земли.
Ее на пустыре глухом
Возделал Саймон Ли.
Пришли худые времена:
Нет прежних урожаев.
Давно заброшена земля
По слабости хозяев.
О том, что доживает дни,
Он скажет сам наверняка.
В трудах распухшие ступни
Болят у старика.
Читатель добрый, вижу я,
Ты кротко ждешь развязки.
Но я боюсь, что ты желал
Какой-то чудной сказки.
В воображении твоем
Историй разных целый клад.
Чудесный вымысел во всем
Ты обнаружить рад.
Читатель, в сказку мой сюжет
Сам превратить попробуй,
Поскольку здесь ни сказки нет,
Ни выдумки особой.
Однажды ясным летним днем
Я Саймона увидел — он
Над полусгнившим старым пнем
Склонился, утомлен.
Уже, казалось, целый век,
Отчаянью покорен,
Киркой, дрожавшею в руках,
Рубил он крепкий корень.
«О, милый Саймон, — молвил я, —
Позволь, тебе я помогу!»
И, облегченья не тая,
Он мне отдал кирку.
И узловатый корень враз
С размаху сокрушил я,
Одним ударом завершив
Столь долгие усилья.
Тут слез не удержал старик,
И благодарность, и восторг
С внезапной силой в тот же миг
Он из души исторг.
Увы, сердечностью такой
Мне редко отвечали.
От благодарности людской
Я чаще был в печали.
Разбор стихотворения классика «Вордсворт Уильям» — «Саймон Ли»
Анализ стихотворения «Саймон Ли»
Стихотворение «Саймон Ли» — одно из самых пронзительных и человечных произведений Уильяма Вордсворта, написанное в духе «Лирических баллад». Это не драматическая история о героических подвигах, а горькое и сочувственное размышление о старости, бедности и забытом величии. Поэт намеренно отказывается от «чудесной сказки» в пользу суровой правды жизни.
Тематика и идея- Тема упадка и забвения: Центральная тема — крушение былой славы. Некогда могучий егерь, который мог «опережать лошадей» и будить «четыре замка» своим рогом, теперь беспомощен, болен и живет в нужде. Имение Айвор опустело, господа умерли — Саймон остался пережитком прошлого.
- Тема человеческого достоинства и благодарности: Несмотря на унизительную бедность, Саймон сохраняет трогательную, почти детскую благодарность. Его слезы от простой помощи потрясают лирического героя, который признается, что редко встречал такую искренность. Это кульминация стихотворения.
- Отказ от романтизации: Вордсворт сознательно разрушает ожидания читателя, который ждет «чудесного вымысла». Поэт утверждает, что жизнь простого человека, полная тихих трагедий, сама по себе достойна поэзии. «Поскольку здесь ни сказки нет, / Ни выдумки особой» — ключевая строка, декларирующая поэтику Вордсворта.
- Саймон Ли: Собирательный образ старого слуги, который всю жизнь служил верой и правдой, но в конце оказался никому не нужен. Его физическая немощь (сгорбленная фигура, больные ступни, «лишился глаза одного») подчеркивает социальную беспомощность. Он одинок даже в браке — его жена, старуха Рут, хоть и крепче его, тоже бесполезна в хозяйстве.
- Лирический герой: Выступает от лица автора. Он внимателен, сострадателен и рефлексивен. Его жест — предложить помощь в рубке корня — не героический, но человечный. Именно это простое действие вызывает у старика слезы благодарности, ставящие героя в тупик: «От благодарности людской / Я чаще был в печали». Эта фраза обнажает глубокий скепсис автора по отношению к лицемерной добродетели мира.
- Антитеза (контраст): Всё стихотворение построено на контрасте. Прошлое (сила, ловкость, богатство, веселье) противопоставлено настоящему (немощь, бедность, одиночество, болезнь). Этот контраст делает трагедию Саймона особенно острой.
- Балладная форма: Использован размер, характерный для баллад (чередование четырёхстопного и трёхстопного ямба). Однако Вордсворт наполняет традиционную форму новым, прозаическим содержанием, описывая быт и упадок, а не рыцарские приключения.
- Психологизм быта: Поэт не чурается бытовых деталей: «распухшие ступни», «тощих, высохших ногах», «щики... подобны спелым вишням» (ирония). Эти детали создают объемный, живой портрет человека, а не абстрактный образ страдальца.
«Саймон Ли» — это манифест нового поэтического видения. Вордсворт учит видеть красоту и трагедию в будничной жизни обычных людей. Поэт не ищет искусственных сюжетов, он показывает, что «чудесная сказка» жизни бедняка в ее суровой правде гораздо более поучительна, чем любой вымысел.
Рекомендации для прочтения (похожие авторы и темы):
- Роберт Бернс — мастер to лирики, воспевавший простую жизнь шотландских крестьян (тема быта, достоинства простого человека).
- Ральф Уолдо Эмерсон — его эссе можно рассматривать как философское обоснование той поэтики, которую развивал Вордсворт (прославление простого и естественного).
- Уильям Батлер Йейтс — его стихи о старости и утрате (например, «Плавание в Византий») развивают тему времени, но с более мистическим и символизмом.
