Marie de France. Fable XXXVII dou Lions qui en autre païs volt converser. Мария Французская. Басня тридцать седьмая о льве, захотевшем жить в другой стране.
Dou Lion dist qui waut aler
En autre terre converser;
Tutes les Bestes assamblaa,
E tut sun oirre lur mustra,
Einsinc que deussent Roi coisir
Kar ne quidoit mais revenir .
Ni ot Beste qui nel ' proiast
Q'uns altre Lions lur baillast;
Il lur respunt que nun fera
Ainques nul nurrir n'en osaa.
Vus meismes devez regarder
Qui miauz vus puisse guverner.
Dunc unt alors li Leu choisi,
Car il n'i ot nul si hardi
Qui osast penre selui nun,
Tant le teneient si à félun,
Mès az plusors aveit pramis
Que melx les amereit touz - dis;
Au Léon vunt , si li unt dit
K ' il aveient le Leu eslit.
Il lur respunt , n'en dutez mie
Ke cointe Beste avez choisie,
Preste et isnele et emprenanz;
Se de curage et de talanz
Esteit si franz cum il deveit,
Mais d'une cose se crémeit
Qu'il ne présist à cunsellier
Le Werpil qui trop seit trichier;
Andui sunt felun et engrès.
Si del ' Lous voelez aveir pès
Se li faites seur Sains jurer
Q'il ne deie Bestes adeser,
Ne ke jamès à sun vivant
Ne menjust char ne tant ne qant.
Li Leus a vulentiers juré
Plus assez k'il n'unt demandé;
Maiz quant il fu bien asseurez
Que li Liuns s'en fu alez`,
Grant talent ot de char mengier.
Par enging voldra purchacier
Qe les Bestes otreierunt
Sa vulenté , et jugerunt.
Dunt a un Chevroil apelé,
A cunseil li a demandé
Ke par amur il li désist
Voir de s'alaine s'ele puist;
Cil li respunt k ele puoit
Q'à paines sufrir le pooit.
Li Lox en fust mult corruciez
Par les Bestes a envoięz,
A tuz ansamble demanda
K'el juigement chascuns fera
De celui qui dist sun Sengnour
Hunte et ledesce et dehonour;
Cil respundent k'il doit morir.
Li Loz vait le Chevrel sésir,
Si l'a ocis par lur esgart,
Puis si menja la meillur part,
E pur sa fèlenie cuvrir
En fait as autres départir.
Après icelle sooulée
Une autre Beste a apelée,
Tout autretel li demanda,
De s'aleine ke li sambla?
La dolente volt mex mentir
Qe pur voir dire mort soufrir;
Dist li a que plus soef oudur
Ne senti unques mès nul jur.
Li Lus a Concile ensemblé,
A ses Baruns a demandé
Qu'il deit faire par juigement,
De cheli qui triche et li ment;
Tuit jujent qu'ele seit ocise.
Lors a li Leus la Beste prise,
Si la ocise et dépéciée,
Devant eaus tute la mengiée.
Guières après ne demoura
Que li Lox vit et esgarda
ЙUn Singe cras è parcréu,
De lui a grant talent éuz,
Mengier le vieut è déwourer.
Un jur li ala demander
De s'alène , s'ele ert puanz,
Ou s'ele esteit souef oulanz.
Li Singes fu mult veziiez,
Ne voleit mie estre jugiiez,
Or dist au Leus que molt esteit
Anrimez, si qu'il ne poeit
De li sentir la seie flaireur,
Pur sun grant mal è sa doleur;
Entre deus iert, itant li dist.
Ne sout li Los que il féist,
Car il nel ' pooit trère à mort
S'il ne se voleit fère tort.
En sun lit malades se faint,
A tutes les Bestes se plaint
Que ne l'aleient point visiter
Qu'il ne cuideit mais trespasser.
Cialx li firent Mires venir
Pur saveir s'il porreit garir;
Li Mires en sunt tuit esgaré
ЙQar nient n'unt wéu ne truvé
Qu'il ait eu mal qui li néüst,
Se talent de mengier éust.
Je n'ai , fet - il , nul désirrier
Forz de char de Singe mengier,
Mès jeo ne woel Beste adéser
Mun sairement m'estuet garder;
Se jeo n'eusse tele raisun
Ke l'otroiassent mi Barun.
Dunt li loent communaument
Q'il le face séurement,
Jà ni deit garder sérement
Cuntre sun cuer è sun talent.
Ne ni poent - il nul garandir
Cuntre sun cors de mal garir.
Qant il oï k'um li loa
Le Singe occist , si le mengua
Puis ne quist - il nul jugement
Ne ne tint vers eaus sairement.
MORALITÉ .
Pur ce , li Saiges mustre bien
ЙQue um ne deit pur nulle rien '
Felun Humme fère Segnur
Ne traire le à haute honur;
Jà ne gardera loiauté
Plus à l'estrange k ' au privé
Si se demeine vers sa gent
Cum fist li Leuz de sun seirment.
Речь обо льве, что захотел
Уйти пожить в другой удел;
Он всех зверей своих собрал,
О переезде рассказал,
И предложил не плакать зря,
А нового избрать царя.
Ни зверя не было, каков
Других не попросил бы львов;
Те же в ответ, что не посмели
Тем править, кого раньше ели.
- Вам, право, поискать бы нужно
Того, кто царствует получше.
А после волка избирали,
Ведь тот (так думалось) едва ли
От трона отказаться сможет,
Что силой добывают всё же;
И волк поклялся принародно,
Что власть возьмёт, коль всем угодно,
Коль хочет лев и скажет он,
Что уступает волку трон.
Лев старый отвечал степенно,
Что выбор верен несомненно,
Что трон готов он уступить,
Когда преемник, стало быть,
Не только добр и всех храбрее,
Но благородие имеет.
Иначе мерзкое случится:
В советники придёт лисица;
То вместе смута и террор.
Коль волк желает мир, не мор,
Пусть с клятвой жаркой крест целует,
Что не прольёт он кровь чужую
Зазря; и буде жив пока,
Не съест он мяса ни куска.
Поклялся волк сие свершить
Вернее, чем могли б просить;
Однако, только убедился,
Что лев от власти удалился,
Вновь обнаружил аппетит:
Желает, позабывши стыд,
Чтоб с общего согласья звери
Нашли, чем глад его умерить.
На ту беду козла позвали,
Его совета вопрошали,
Не отказал ли б он в ответе,
Смог ль совладать с напастью этой?
Тот согласился подсобить,
Не в силах страсть* ту выносить.
И волк, что мантию одел,
Созвать зверей всех повелел,
Чтобы всех вместе и спросить,
И всякого же осудить,
Кто порицает господина,
Бесчестит и возводит вины;
Повинен смерти будет тот.
Надёжа-волк козла зовёт,
Готов убить его очами;
Козёл избрал путь без печали:
Царю проблеял похвальбу -
И трус отпущен был в толпу.
Причину ту же означая,
Другого зверя призывает,
И животину он спросил:
Чем ей-то новый царь не мил?
Та тоже льстила лишь в ответ
(За правду умирать? Ну, нет!):
Что не дышалось-де так вольно,
Покуда не был волк на троне.
Волк вопрошал своих баронов,
Спросил и весь честной собор он,
Как осуждён быть должен тот,
Кто льстит, лукавит или врёт?
Сказали все: повинен смерти.
И принесли зверушку в жертву;
Убитой тушку разделили
И вместе все её схарчили.
Немного времени прошло;
И правил волк, и сеял зло,
Вдруг увидал одну мартышку,
Что явно жир носила лишний,
И целиком сожрать желает;
И в день прекрасный вопрошает
Как дышится ей полной грудью
Там, где свободным всякий будет.
И не желая быть судимой,
Мартышка тотчас же схитрила,
Что-де простудою хворала
И прежнего чутья не стало,
Но полагает, что дух волчий
Не сладок и не мерзок, впрочем;
Посредь, - вот так она вещает.
И что с ней делать, волк не знает,
Когда б её приговорил,
Тираном тотчас же прослыл.
Но вот к нему пришла болезнь,
Народ звериный плачет весь,
Ведь невозможно посетить,
Коль не хотел б в бозе почить.
Когда ж позвали лекарей,
Чтоб злую хворь изгнать скорей,
Те в нерешительности встали;
Наверняка они не знали,
То ль волк страдает от болезни,
Иль то уловка, чтобы съесть их.
- Нет, - молвит, - моего желанья,
Разве что мясо обезьянье;
Зверей других без меры драть -
Клятвопреступником мне стать.
Зверей караю по закону
И так велю моим баронам.
О том они взмолились вместе,
Чтоб верой клялся волк и честью,
Что тотчас же он исповедается,
Открывши помыслы и сердце.
Не мог противиться им он,
Сердечной болью взят в полон.
Когда ж поведал им как есть,
Как он хотел мартышку съесть,
То стал над ним вершиться суд:
Мольбы уж вместо клятв идут.
Мораль
Тем покажу я мудрецам,
Что веровать не след словам;
И сделать подлеца синьором
Весьма бесчестно, хоть и скоро:
Добрей он будет к чужакам,
Чем к гражданам и землякам
Хоть много посулит вперёд,
Но клятву выполнит как волк.
*имеется в виду ужас безнаказанной жестокости власти (примечание переводчика)