Jean-Jacques Boisard. Les deux Jupiters. Жан-Жак Буазар. Два Юпитера
Un Jupiter d'or pur , massif comme un lingot ,
Au demeurant un vrai magot ,
Apostropha son Statuaire :
Quand tu m'as prodigué la plus riche matière ,
Pourquoi , lui disoit - il , m'as - tu plaint la façon ?
Des Dieux et des Humains reconnoît - on le père ?
De Jupiter hélas ! je n'ai rien que le nom .
Ton art s'est épuisé sur une terre vile ;
Cet idole chétif , ce Jupiter d'argile ,
Semble encor des Géans foudroyer les desseins ,
Tandis que le tonnerre est gelé dans mes mains !
Je pèse , voilà tout ; c'est mon mérite unique .
Qui daignera m'ériger des autels ?
Mon fort est de languir au fond de ta boutique ,
Ou d'être un jour le jouet des mortels .
Ingrat ! reprit le Statuaire ,
Est - ce à toi d'envier ton frère ?
Hé , dis - moi , n'ai - je pas balancé vos destins?
Ton voisin en partage a reçu le mérite ,
La richesse est ton lot ; à grand tort tu te plains ;
Quand tu connoîtras les humains ,
Tu verras que ta part n'est pas la plus petite.
Массивный как монумент, Юпитер из чистого злата
(И мог бы считаться он истинным кладом)
Окликнул как-то творца:
- Когда материал тратишь ты на меня без конца,
Почто, - говорит, - одежды ты мне пожалел?
Ужель теперь боги и люди узнают Отца?
Юпитера! Ах, только имя теперь мне в удел.
Искусство твоё куда боле уместно в деревне:
Там Юпитер из глины был вылеплен- идол презренный! -
Кажется, джинны тебя с цели сбили,
Так что громы в моих руках да застыли!
Над всем тяготею я там; одно то достоинство мне.
И кто же соблаговолит алтарь мне поставить?
Томится сила моя в лавке твоей, в полутьме,
Где смертных игрушкою я когда-нибудь стану.
- Невежда, - творец усмехнулся в ответ, -
- Ужель к брату и ничего кроме зависти нет?
Ужели, скажи, я не дал тебе предназначенья иного?
Сосед твой в удел достоинство взял,
Тебе же богатство; не жалуйся на жизнь убогую;
Когда же познаешь людей ты премного,
Увидишь, что доля твоя - не самая малая.
