«Джек сидит в темноте…»

­Джек сидит в темноте у черты отлива. Джек не слышит сирены, ни криков чаек.
Джек нюансов природы не замечает. Дюже солнечный «кракен» на дне залива
Растекается горько-кровавым кьянти, распугав под водой косяки медузьи.
Джек расстроен, и вечер изрядно грузит. Он сжимает купюру, как старый фантик.
Ведь когда-то мечтал стать успешным малым. По-спартански воспитывал «добрый» отчим:
Из житейских уроков усвоил, впрочем, то, что сила главнее, чем слово, – сталось,
Золотого ума пуд затей – не вдосталь. Тем, кто скажет: «Ты должен» – найдётся «сдача».
Взрослый Джек никогда, нипочём не плачет. А когда-то был тихим, как тень, подростком,
Принимая лишь данность, причинность связей, он усвоил, что жизнь – не совсем рулетка.
Чтоб поставить на кон – нарушай запреты, только после – на выход, и с битым глазом,
Где Фортуна играет гостями «в кости». Он решил бы – боксёром – грозою ринга,
Если сердце – кулак, – золотое бинго. Всё, что было у Джека – избыток злости.
Всё, что было у Джека – неважный покер, дабы так: все проблемы – к чертям и разом.
Джек по жизни – не «Блэк» и не «Джек» – ни разу, Джек по меркам азарта – бедовый джокер.
 
Словно метка, моргана* накрыла город, утопающий в стрессе, тревожный Даллас.
Если спиться – так в усталь, в дрожащий август. Ведь до осени трезвым – курьёзно-долго.
Коль до осени – топко, отнюдь не близко. Осень рьяно не верит прогнозам, рунам.
Если точно настроить частотный зуммер, можно малость разбавить психо́* и виски.
«Ну же, ты – не боец, не игрок, не брокер, – так на кой тебе жирный публичный трафик?», –
Джек сжимает купюру (помятый фантик), тянет «рыбу»*: билет и фартовый номер.
А потом, как всегда, ни о чём не чая, Джек бубнит сам с собой в тишине отлива:
Как лет десять – не помнит себя счастливым.
 
Бог такие нюансы не замечает.
 
 
* Фата-моргана – явление природы
* Психо́* – см. психоз
* «Рыба» – см. выигрыш
 
© Кайгородова Светлана
/ iiijiii В Конце Тоннеля. 2021 /