ЗА ДАВНОСТЬЮ ЛЕТ
Старый дом в позабытой деревне
Покосился за давностью лет.
Заколочены наглухо двери,
И сарай позаброшен, и хлев.
Провалились в них ветхие крыши,
С давних пор дым не шёл из трубы.
Под разбитой телегой жил рыжий
Кот приблудный, что был из чужих.
Зря калитка тоскливо скрипела,
Открываясь ветрам на их зов,
Под листвой никаких посиделок,
Ей усыпан заброшенный двор.
По тропинке рассыпаны груши,
Ветер рвал их с деревьев, не вор,
К саду был ветерок равнодушен.
Жаль, тоску не приметил его.
Октябрь, 2021
Отзывы
ga-lucia31.10.2021
Хорошо...
СВЕТЛАНА31.10.2021
ga-lucia, ностальгическое((
Адусия31.10.2021
Очень трогательный стих,от ностальгии по родным местам никуда не деться...иногда как накатить,хоть рлач.
А фото как настоящее))))
СВЕТЛАНА31.10.2021
Спасибо, вам, Адусия, за понимание!!!
Полак Фрида01.11.2021
Грустное ностальгическое стихотворение. Сколько их, заброшенных деревень, разрушенных человеческих судеб по всей необъятной России! Чувственно написано, трепетно. Спасибо, Светлана, за неравнодушие!
СВЕТЛАНА01.11.2021
Фрида, спасибо тебе за поддержку и понимание!
Сама видела в этом году такие вот заброшенные дома, сады..., которые были увешаны плодами. А вокруг ни души....
Печальки.
СВЕТЛАНА02.07.2025
Отзыв на стих-е от (чат с Нейробук).
_____
Это стихотворение проникнуто мотивами утраты, заброшенности и времени, неумолимо изменяющего мир. Старый дом, повествование о котором разворачивается, символизирует уходящую эпоху, утраченное тепло и прежнюю, теперь исчезнувшую, жизнь. Детали — покосившийся дом, заколоченные двери, обветшалые постройки — создают образ печального, опустевшего пространства.
Особое внимание уделено мелочам: калитка, тосливо скрипящая под порывами ветра, приютившийся под телегой рыжий кот, рассыпанные осенние груши, равнодушный к ним ветер. Всё это вызывает ощущение забытой деревенской идиллии, видимой теперь лишь как воспоминание. Ветер, способный «рвать» плоды, но не способный «заметить тоску», становится аллегорией самой природы времени — равнодушной к человеческим чувствам.
Стихотворение написано с тонкой наблюдательностью, без надрыва, но с мягкой грустью по прошлому, в котором каждая незначительная деталь наполнена своим смыслом и историей.
