авг-сент 2021
***
(Раисе)
И ты была все чаще
с прописной,
с травинки на разорванных страницах.
Подуй на них,
и холод полостной
над рябью голубой зашевелится.
И жизнь перевернется под рукой
стрекочущей кувшинкой,
водомеркой.
И я ее запомнила такой
что в будущем кругу
не исковеркать.
Едва не долистаешь и привет.
И кубарем со лба на ягодицы,
где заполночь восходит горицвет,
играется, и греет,
и садится.
***
Перебудем лето,
уличный воробей,
лань лесная, сайгак,
на дуде погромщик.
Золотник,
раздающий себя за так,
за упущенный в небо речной пятак,
за пустой стакан под эоловый колокольчик.
Сдобровать ли тебе на сухой земле,
из тебя-то слез
на два дерева, три колодца.
Вот и лето опять прошло не всерьез,
и река твоя горемычная
льется,
и щека -- в иссохшую Тараканьтьму,
ни к селу, ни к городу,
ни к чему,
к щебетанию воробья над рожью.
Пропадать так с музыкой не скажи,
и пропасть живьем в запоздалой ржи --
это нюх звериный
и милость божья.
***
Плотно сидит твое кольцо,
и на ночь не снять.
Жара.
Осенью как-нибудь приноровлюсь,
листья-то облетят, ветки усохнут.
Вверх удержу, а там и мороз прихватит.
Не от кого тебя защищать,
не от чего.
Весь мир за тебя.
Покружу рядом, посмотрю -- ну не от чего.
А то бы, конечно, взревела мамонтом.
Он, поди, умел, слоны вон какие --
сморкаются страшней,
чем рог шофар.
Рано об этом думать, кликать беду.
Гордости у меня нет ни на жердочку,
ни на кружащий листок.
Да и тебе незачем, поешь и поешь.
Что путного в песенках -- только воздух,
зашедший вовнутрь,
обогнувший слабые связки,
чтобы вырваться, откуда пришел.
Привыкла к дрожанию твоих связок,
а они огрубели.
Ты ли это,
столько воздуха вырвалось.
***
Я бы хотела, чтоб прах мой развеяли
летом --
в поле, в степи,
и довольно об этом.
Боже, каким ты взойдешь минаретом,
чтобы превысить цветение трав,
хоровод мошкары,
легкое бремя жары
для привыкших к ознобу
меж коммунальных наглеющих труб,
меж довоенных задвижек
и брюк,
не совместимых с упитанным их содержимым,
я бы хотела плевать
с тридесятой вершины.
Нет, не хотела,
поэтому выбрала степь.
***
А ты все ходишь гоголем, поэтом,
то по морю, то по суху... суху.
Как пишется,
не глядя на катетер
в родительском скукоженному паху.
Ты все еще язык,
и эта бритва
ворочает меж губ такое уууххх
по мере арендованного ритма
подъездов,
стариков или старух.
Но с волоска провисшей паутины
узнаешь,
опускаясь на паркет:
ты приглушенный шепот из гостиной
и свет в прихожей,
осторожный свет.
***
Я чуть помедлю на конечной,
не различив ее по шрифту.
И холод бросится навстречу
внезапней, чем сосед из лифта.
И встрянет лужа под ногами
как две соседские собаки.
Я выйду, под косой на камень
неся последнюю рубаху.
За воздух сумеречный взятку
отдам обеими щеками.
Мне все отмеренное гладко
на всем отрезанном кусками.
Звезды
Отзывы
Чернышова Галина25.10.2021
Очень вдохновляющее поэтическое слово.
Кольцевая Виктория20.11.2021
Галина, спасибо большое!
Костоусов Дмитрий25.10.2021
Вот это вообще как? Как можно так писать? Вот это: «ты приглушенный шепот из гостиной и свет в прихожей, осторожный свет». Аж ознобом обдало. По этим строчкам идти всё равно что босиком по занозистым гвоздатым половицам. Главное, не напороться. Зато пока чувствуешь эту фактуру, понимаешь, что живёшь. Потрясающе.
Кольцевая Виктория20.11.2021
Дмитрий, спасибо на добром слове!
