Соловей

Я — соловей, попавший в вытрезвитель,
Уставший рвать из сердца заусенцы,
Ослепший от неистовых софитов,
Дешевых слов и смертоносных специй.
 
Ржут соловьи паскудно, безобразно,
Им не дано о горе выть от боли
И гноем из-под марлевой повязки
Писать слова предсмертные в запое.
 
Скрипят качели дико, тошнотворно
И соловей, отбившийся от стада,
Пьет правды горечь в чаше едкой хлорки,
Как будто бы ему всех больше надо.
 
Я в трели подпущу немного грусти
И запорхаю бабочкой нервозно,
Когда лежат влюбленные в капусте,
То о любви горланить невозможно.
 
Кругом я опоздала и надрывно,
Пою о смерти птицы в формалине,
И пью туман над озером противный,
Потом ругаюсь с выпью у трясины.
 
И страх берет, что спеть я не успею,
Как я бежала утром на свиданье,
Мое биенье сердца было в песне
И ошалело-пьяное дыханье.