КЭТО

Часть пятая...

 

И вот благополучное приземление, и с аэропорта сразу на кафедру в клинику психиатрии.

Кэто долго обследовали, и профессор с улыбкой сказал: «Будем лечить любимым делом. Одни лекарства не помогут.»

Мама Алексея привезла в клинику для начала ватман и пастель. И началось лечение.

Сначала больная не реагировала на сухие мелки. Она смотрела в окно и тихонько пела, потом спала. Ела плохо, сказывалась деревенская необузданная жизнь.

Но через месяц на лице Кэто появился румянец её синие глаза приобрели блеск.

Кэто уплетала все, что давали.

Она стала рисовать незнакомые дома с атлантами, памятники архитектуры, каменные руки и т д.

Алексей и его родители радовались и верили в победу медиков.

Через три месяца она уже рисовала портреты медработников, Алексея и его добрых родителей.

Память восстанавливалась, и она с каждым днем вспоминала ступеньки своей жизни.

И, наконец, вспомнила все…

Она была так задумчива в своей природной красоте. Однажды тихо спросила Алексея, что ей делать дальше,

Как быть?

Он в ответ тихо прошептал: «Через неделю свадьба и мы с тобой уезжаем восстанавливать иммунку на простор, мы долго находились без настоящего свежего воздуха».

И вот они уже на морских просторах, в инжирных садах, в розовых долинах, и в нежных поцелуях и ласках.

Кэто опять в сарафанчиках, и опять все ею любуются. С короткой стрижкой она была еще милее, И однажды в объятиях любимого, она захотела быть просто Катей, а не Кэто.

Слишком тяжелое имя для воспоминаний…

Алексей схватил паспорт и показал любимой. Там красовалась фамилия - Невзоров Алексей. Родители Алексея тоже изменили фамилии, чтоб быть с внуками на одной волне...

Катя все больше удивлялась этой семье. Она почувствовала, что, наконец, дома.

Через три месяца они вернулись в Питер.

Родители не узнали невестку, она была как наливное яблочко - красивая, веселая, здоровая.

Через девять месяцев Катя родила сыновей-двойняшек...

И завертелось сразу все: пеленки, распашонки, и… серьезная учеба.

Катя захотела продолжить учиться. Все ее одобрили.

 

Прошло еще пять лет.

 

Катя закончила институт, дети подросли, и стали очень похожи на своего любимого дедушку. Он их воспитывал и баловал больше всех.

Алексей купил машину и сильно гордился, что в отпуск они поедут на своих колесах.

Супруги подумывали, где им побывать. И Алексей предложил всей семьей отправиться в Катин дивный край. Побывать на могилках ее родителей и посмотреть, что с тетиным жильем. Её дом был добротным, из камня. Катя сразу согласилась.

Вспомнили и про Котэ, их спасателя на реке, купили ему в подарок дорогущий баян, а его жене красный атласный длинный халат.

Все плохое было забыто.

Приехали в село. Почти ничего не изменилось, с тех пор, лишь добавились два водочных ларька и все.

Приехали к тете на подворье, а там оказались цыгане. Они запричитали, как индюки - го-го-ой не гоните нас…

Алексей поставил им условие, чтоб жили в доме, но ухаживали за ним и могилками Катиных родственников. Все дружно пошли на кладбище, убрались там, заказали достойные памятники и распрощались с цыганами, как с родственниками.

Заехали к Котэ. Он сидел на крыльце и ремонтировал удочку. Сильно постарел.

Когда до него дошло, кто в машине, ему стало плохо, а когда увидел детей, расплакался. Жена его в это время ругалась с соседкой, а когда увидела гостей, наклонила голову и закашлялась, у нее случился приступ бронхиальной астмы.

Потом стали подтягиваться соседи с вином и угощениями. Двор оживился. Алексей протянул Котэ баян.

Тот глазам не поверил, старый уже истрепался, а на новый не было денег.

Баян издавал волшебные звуки, все гости были в восхищении от музыки, и праздник превратился в народный.

Весь поселок собрался на эти звуки счастья.

Семья Невзоровых осталась для селян, как что-то сказочное, необыкновенное.

А Котэ вновь после стольких лет захотелось жить… Он начал мечтать о детях, но жена не могла их иметь, болела.

Но жизнь у него стала налаживаться. Он был опять незаменим на культурных мероприятиях. Баян носил с собой, как что-то священное.

А Катя с Алексеем были безмерно счастливы, здоровы, и все друзья их любили.

На чужом несчастье счастья не построишь, а прощая других за нанесенные по жизни обиды, только умножаешь своё…

 

конец.