Воин света

Устав идти через снег пешком,

Зашли мы на ночь в какой-то дом.

Он одиноко стоял в лесу,

Из дымохода плетя косу.

 

Он поделился со мной едой,

Он уложил меня на постель

И в печь подбросил смолы сухой

И запер ставнями он метель.

 

Торшер задул... И началось.

Мне вдруг послышался странный шум

Как будто откуда-то с чердака,

Во мне ощетинился дикий пёс,

Мурашки выстроили войска,

Все страшные сказки пришли на ум,

Я приготовилась для прыжка.

 

Мой воин - спутник в сиянии лат -

Заправил под шлем своевольный вихор

И опустился на кровать,

 

Опершись руками на свой топор,

Ко мне обратился: послушай, мать,

Кто б ни вошёл сейчас в эту дверь,

Я первым брошусь тебя защищать,

Уж в этом, пожалуйста, мне поверь,

И я сумею тебя спасти,

Пока горит хоть один фитиль

В моей груди.

 

Но соль в другом. Не мне учить тебя выживать,

Топить для каши озёрный лёд,

Что храбр не бесстрашный вовсе, а тот,

Кто, боясь идти, всё равно идёт,

Ты знаешь сама.

 

Но ответь мне ты,

Зачем постоянно ждёшь подвох

И удишь чудищ из темноты,

Зачем контролируешь каждый вдох?

Какой на душе упрятан грех,

Что подозреваешь в измене всех?

 

Пока караулишь чужих чертей,

Твои пляшут с бубном в твоей груди

И пульс задают топотом копыт.

 

Теперь я встану у дверей,

Ты спи, королева, им не войти,

Бабаю из песен проход закрыт.

 

Мой воин света,

Мой рыцарь - лев!

Видал ты и не таких королев.

И укрощал не таких чертей.

Со мной с рождения...

Отдохни! Повелеваю тебе, усни!

 

И отложи свой лучистый меч.

Тогда мне останется только одно:

Лечь под распахнутое окно,

Дать темноте убаюкать себя,

Доверить ей тайну, что я слаба.

 

И если вдруг любит меня судьба,

То сбережёт, а если нет,

То пусть блеснёт твой латунный меч,

Мой лунный воин, мой воин - свет!

 

Мы будем драться за меня.

Я королева не только дня,

Ночной хозяйкой теперь зови

Зловещих шорохов травы!

Отныне черти в моей груди больше не водятся.

Только львы!

 

Но надо честно вам сказать,

Что дом был домашний, совсем ручной,

Но просто во сне он ворчал порой.