ЛЮСЬКИН РОДНИК

 

В детстве я часто летом гостила у бабушки в деревне, где к моему приезду дед готовил мансарду, которая в зимнее время служила обычным чердаком. С моим же появлением там начиналась другая жизнь. Огромная комната без перегородок, с двумя большими окнами, одно из которых выходило на восток, другое - на запад. Особым местом была резная деревянная кровать с балдахином, её прямо там, на чердаке смастерил младший брат дедушки, известный на всю округу мастер. Конечно, плотником-краснодеревщиком, которого знали близлежащие области, он стал гораздо позднее. Кровать стала свадебным подарком и одной из первых серьёзных работ. Пока я жила в городе, на этом ложе спали, отслужившие своё, игрушки нескольких поколений большой и дружной семьи.

Как только я приезжала, мы с бабулей устраивали банный день для подданных чердачного царства: мыли, сушили, наряжали в новые одёжки. На кровать вешали балдахин из тюля, обвязанного крючком ажурной каймой. Дед заранее заготавливал тонкое луговое сено, чтобы набить им матрас и подушки. В первую ночь по приезду мне всегда снилось что-то невнятное, но настроение поутру было особенно лёгким и радостным. В тот памятный год я собиралась в первый класс, поэтому в деревню приехала в начале июля - подготовка к школе занимала много времени. Я чувствовала себя такой взрослой...

Во дворе уже была готова для купания разноцветная компания. За весёлыми разговорами время летело быстро и вот уже куклы, медведица, пингвин в странной выцветшей шляпе, ёжик и кот-обормот чистые и сияющие сохли под летним солнцем. Как я могла не заметить, что нет среди них Люськи - лисы из рыжего меха с глазами из настоящего янтаря. Эта, внушительных размеров красавица, принадлежала раньше маминой младшей сестре, которая умерла в возрасте семи лет от дифтерии. Мы с дедулей обыскали всю мансарду, но пропажу не нашли. Ба грустно пошутила, что ушла, мол, в лес Люська мышей ловить.

Солнце постепенно скатилось куда-то за верхушки деревьев, с дороги, да ещё после чая с пирогами, стало клонить в сон и я, пожелав спокойной ночи родным, отправилась по скрипучей лестнице в мансарду. Игрушки при полном параде сидели на широком подоконнике большого окна. Едва коснувшись душистой постели, я поплыла куда-то тихо и безмятежно. Не знаю долго ли я спала, но разбудил меня громкий шёпот и движение на подоконнике. Сначала показалось, что мечутся тени от веток высокого клёна, что рос в нескольких метрах от дома, но окончательно проснувшись, поняла, что это игрушки! Они спорили о чём-то и даже не сразу заметили, что я подходила всё ближе и ближе. Почему не испугалась? Не знаю. Пингвин первым заметил меня, странно присвистнул и все замолчали... Тишина, казалось, тонко звенела, но вдруг кукла Катя сказала: - Привет!

Я тоже поздоровалась и спросила что происходит. Тут игрушки заговорили все разом, перебивая друг друга, о том что рады встрече, обновкам, причёскам и о Люське... Самое главное, что сегодня в полнолуние она станет совершенно невидимой. Неужели я больше никогда не увижу её? Мы должны попрощаться!

Я бросилась к шкафу, быстренько оделась и спросила : - Кто со мной? Куклы в новеньких платьях тут же отказались - их наряды не для леса! Идти со мной вызвался пингвин, медведица и несколько мелких зверюшек, что уместились в рюкзачке. Выбравшись из дома, мы двинулись к опушке леса. От полной луны было светло, как днём, и вовсе не страшно. Очень быстро добравшись до опушки, наша компания застыла в нерешительности - лес пугал непроницаемой тьмой. Вдруг среди ветвей то тут, то там замелькали всполохи света и на опушку выпрыгнула лиса огромных размеров. Это же Люська! Мы было бросились к ней, чтобы обняться, но она сказала, что это опасно - можно обжечься. Лисий мех и правда будто горел тонкими язычками пламени. Я хотела заплакать, но Люська сказала, что я не маленькая и должна хорошо себя вести, беречь дедушку и бабушку, знать что игрушки всё чувствуют и понимают. Когда я спросила, почему рыжуля ушла в лес, она поведала такую историю...

 

Пятого июля тысяча девятьсот сорок шестого года Людочке исполнилось два годика. В этот день и появилась Люська - её привёз старший дедушкин брат из Германии, как трофейную безделушку. Людочка очень полюбила лису и почти не расставалась с ней. Маминой сестрички не стало накануне её седьмого дня рождения. В самом конце августа семь лет исполнялось мне... Люська уходила, чтобы спасти нашу семью от чего-то страшного, как я не просила рассказать подробности, не добилась больше ни единого слова. Сказала, что времени совсем нет, а на прощание она хотела бы сделать нам подарок. Оглядевшись, лиса подбежала с высоченному дереву и стала рыть лапами землю у корней, через какое-то время вверх взметнулся фонтанчик воды! Так на опушке леса появился родник...

За пять дней до семилетия, буквально за неделю до первого сентября, меня сбил старшеклассник на мопеде, я поломала правую руку, упав головой в нескольких сантиметрах от бетонного бордюра. Только став гораздо старше, я поняла, о чём говорила Люська той ночью в лесу.

Давно нет в живых дедушки и бабушки, более того у меня есть собственные внуки, но когда я бываю в деревне моего детства, то обязательно хожу на родник за удивительно чистой и вкусной водой. Возвращаясь в город, передаю близким привет от Люськи и почему-то мне кажется, что её янтарные глаза до сих пор наблюдают за мной...