День Энгельса

День Энгельса
…Арбузный мёд и кованая роза…
Мой Энгельс, ты контрастами велик.
От первопоселенца-солевоза
До наших дней дошёл усталый бык…
 
Взрывают землю тяжкие копыта,
Звонит к вечерне церковь Покрова…
Вокруг уже асфальтовые плиты,
Но зеленеет свежая трава.
 
Мой город – ты и труженик, и воин,
Цветёшь в союзе красок, рифм и нот,
Ты деловит, надёжен и спокоен,
Стал солью под палящим солнцем пот.
 
Разгадка твоего святого дара
В едином основании основ,
В орнаментах восточного базара,
В разноплемённом шуме голосов…
 
Историю твою не сделать пресной,
Ни фактом, ни судьбой не пренебречь:
Родной для «среднерусскости» окрестной
Бывала и ганноверская речь.
 
На славный лад настроим в марше медь мы,
Наш выстраданный пафос – не каприз,
Недаром звал фашист «ночные ведьмы»
Девичий полк твоих авиатрисс!
 
Ты не искал в огне сражений бродов,
А после битвы меч сменил на плуг,
Везде гремят дела твоих заводов,
Ударный труд твоих рабочих рук!
 
Налить бы до краёв медовых чарок
Да за тебя поднять заздравный тост,
Изгибом железобетонных арок
Над Волгой круто поднял спину мост.
 
Весь мир тебе навеки благодарен,
Что первые в истории следы
Оставил гений космоса Гагарин
На энгельсском отрезке борозды…
 
Бегут по Волге волны вереницей –
Родной поток на сотни вёрст и миль…
Швамбрании столицей и страницей
Тебя однажды сделал Лев Кассиль…
 
Как золота мерцающие слитки,
Искрятся в нотах радость и печаль…
Задумчиво-меланхоличный Шнитке
Уже обрёл в аллее свой рояль…
 
Письмо судьбы доходит без конверта,
Печать таланта избранным дана,
И Мыльников серьёзен у мольберта –
Но жизнь подскажет верные тона!
 
И Кравченко, и Вебер брали кисти,
Касаясь ими жизни, как холста,
В любой детали, в будто бы статисте
Дрожит, как в капле, мира красота.
 
…Кто смел тебя назвать провинциальным?
Кто упрекнул за не гламурный вид?
Он причащён ли нашим древним тайнам?
Мечты ли нашей пологом покрыт?
 
И вы, кто нас упрёком укололи,
Не тратьте впредь усилий на труды:
Вы съешьте с нами пуд покровской соли,
Испейте волжской энгельсской воды!
 
Тебя, мой город, не коснулась плесень,
В чём твой особый энгельсский секрет?
В раздолье и тоске бурлацких песен,
В игривых нотках венских оперетт!
 
Скрипит в веках чумацкая телега,
Но ты с колёс отряхиваешь прах,
И вот уже крылатого «стратега»
Мелькнул суровый профиль в облаках…
 
И не кончаться нашей соли в чаше,
Она - как пыль космических дорог,
Зовут высоты. Чтобы крылья наши
Никто и никогда сломать не мог!