Две минуты на совесть...

06.13

«Опять проснулся на две минуты раньше…как будто будильник не на столике, а внутри меня…наберу-ка её номер, а может?.. нет, не стоит, слишком рано…»

08. 57

«Чёрт бы побрал того, кто изобрёл этот E-mail! Если бы не умопомрачительные ножки Лети, она вмиг справилась бы с ответами как профессиональный секретарь! Не хватало мне скандала! После выборов препоручу ей электронную почту, а коли пикнет, обнаружив признания в любви, тут же уволю!

Дьявол! Не успеваю позвонить! Пора на совещание…если перенесу и на этот раз, меня инвесторы живьём закопают, но сначала по кирпичикам разнесут мою святыню «Репутация»…»

11.20

«Голова вот-вот расколется… Вот тугодумы! Никак не втолкуешь, что поспешная прибыль, даже самая высокая, не стоит ставки на престиж и качество…да и проклятый телефон в кармане постоянно вибрировал…неужели это она?.. Нет, Реми…названивает…папа понадобился?.. Чёрта с два, конечно же, деньги!»

12. 33

«Снова не отвечает – «абонент не доступен»…Ну, да! Она доступна, только когда ей нужно…Опять Реми, надо ответить, иначе это не прекратится, не хватало ещё, чтобы он выдернул меня из брифинга, журналисты ещё те пройдохи: из обычного «Пардон!» такую несусветную чушь выстроят, того и гляди, выйдешь, казалось бы, в коридор, а окажешься в центре криминальной драмы…

—Да, Реми, говори быстрее, я тороплюсь! Откуда мне тебя на этот раз вытаскивать?

—Маню…

—Ивет? Господи! Со вчерашнего дня не могу тебя найти! Подожди, а почему у тебя телефон Реми? Он…

—Твой сын пришёл ко мне ночью. Он весь был в крови: я совсем растерялась – раны по всему телу, и отовсюду хлестала кровь…. Из его бессвязного лепета я поняла лишь то, что Реми должен был кому-то деньги…

—Что значит «должен был», Ивет?

—Маню, мы в больнице Фернана Видаля, Реми необходимо забрать…

—Забрать?..

—Его больше нет, Маню. Мне очень жаль. Тебе следует сообщить жене.

—Мишель, наверно, сейчас спит после ночи в бридж с подругами, она не проснётся раньше вечера. Ивет, если мне удастся неузнанным прийти в больницу, то лишь после брифинга, который вот-вот должен начаться. Надеюсь, ты не сказала, чей сын Реми?

—Маню, ты меня слышишь? У тебя погиб сын, как в эту минуту ты можешь думать о репутации?! Теперь я понимаю, почему бедный мальчик в страшную минуту пошёл не к родителям, а к любовнице своего отца…Ты хуже любого зверя, Маню!

—Ивет, сейчас совсем не время взывать к совести! Ты совершенно не знаешь Реми!

—А ты? Ты знал своего сына, Маню? Сомневаюсь! Иначе он не лежал бы в эту минуту в морге в ожидании сердобольного родственника, готового взять на себя последние хлопоты! Ты так дорожишь своей фамилией, что даже родному сыну не дал её. За неполные двадцать четыре года жизни Реми ты вовсе и не пытался его узнать: тридцать два безответных вызова, включая шесть моих звонков с его телефона. В этом заключается твоя отцовская осведомлённость и забота?! Жаль, твоя репутация не женщина из плоти и крови, с которой можно приятно провести время в постели! Хотя, о чём это я?! В самые страстные минуты меня не покидало ощущение «третьей» между нами на разгорячённом ложе.

—Ивет, милая, прекрати, я действительно спешу, пресса уже ждёт, надо держать всё в секрете до выборов, а потом…

—Ключи от «нашего гнёздышка», как ты любовно называл убогую комнату, напоминающую мне вокзал ожидания, найдёшь среди вещей Реми. Прощай, Маню!»

13. 42

«Дьявол! Уже третий репортёр сбил меня с толку! Ушлости им не занимать! Если бы не дура Ивет с глупыми излияниями, я сейчас не лез бы в карман за словом! Ну, ничего! Ночью Лети снимет напряжение, достаточно одного её прикосновения…Еще бы поспать как следует, не проснуться раньше, чем зазвонит будильник…!»