Призвание Часть V Глава 6

Преодолев бытья пучину
И перемен сплошных годину,
Страна покоем задышала –
Господне лето наступало:
Цвела в садах Москвы сирень,
Дурманя град; бросая тень,
Тянулись в небе облака,
А их кудрявые бока
Несли домам свободы свежесть,
В них ветерок прохладой нежась,
Вздымал курчавые вихры,
Гнал вдаль небесные шатры.
 
В любви народа возрастая,
Царь, как обычно – разъезжая,
План на авось не полагал,
Объекты лично проверял.
Любое дело даст просадок,
Коль чин бесчестен и порядок
На своем месте не являет,
В Христовой жизни прозябает,
Едва ли чествует успех?
Но в деле ратном всякий цех
Благословение несет;
И чтоб нужды не знал народ,
Монарх у люда узнавал,
В блокноте толстом подмечал
Все предложенья, замечанья…
«Свободный вход в свои призванья!» –
Девиз в заглавии пестрел
Журнала «Русский передел».
 
Зачистку совершив в рядах,
Страны минул валютный крах –
Свое ожило производство.
Имея с коммунизмом сходство,
Проект «крестовый» засиял,
На добрый подвиг вдохновлял
Мужей различных отраслей,
На благо общества – детей!
Народ же в храмах просвещался,
Умом Христовым обновлялся:
Как подобает им живать –
Любовь на деле применять.
Для иностранца, иноверца,
Тем, кто желал в завет от сердца,
Включался в горне-социальный –
План сформированный, глобальный:
Бесплатных крыш над головой,
Обеспечение едой
Без вредоносных фигурантов,
То – ГМО и консервантов,
Наладив отрасль пищевую,
По областям и краевую;
Ну и конечно ж к предпочтенью
Творца небес определенью
Работой в званье, лишь бы «плод»
Имел всегда Христов оплот!
Кто обновленья не желал,
Гостеприимно проживал
В стране без привилегий, льгот,
Все добывая за свой счет –
Трудом своим, как частник.
Репрессии ж участник
Имел достойный пенсион
На заграничный хлеб, бульон!
 
Брат Иудей возревновал,
Когда России увидал
Триумф, полет и возрожденье, –
«Остаток», веря в воскресенье
Единой, – тайно знаки слал –
Христос и в их сердцах восстал!
Как не прискорбно нам признать,
Прогресс России стал смущать
Все мировое «закулисье»,
И корча ликом бескорыстье,
Восставший, гордый «Вавилон», –
Он, пропустив Христов сезон,
Руси, воистину светленной,
Окрепшей и объединённой,
Не знал, как с ней и поступить…
Сырья источник упустить –
Весь дармовщины беспредел
Град блудный вовсе не хотел.
Чиня порядок мировой,
Стравляя страны нищетой,
Вавилоняне заявляли,
Что мир от «гроз судьбы» спасали,
И навязав демократизм,
Чрез пресловутый терроризм
Они воздвигли древний храм
В кажденье мировым богам.
Москва ж слиянью не поддалась,
Христовой девой оставалась,
Как Христолюбов и просил,
Монарх от слов не отступил –
Страну отвел от бремени…
Прошло еще полвремени!
 
Месопотамский «маскарад»
По всей планете бив в набат,
Кулис сообщество созвал –
Не покорившейся, желал
Руси эмбарго применить,
И начав санкцией мудрить,
Град древний учудил закон,
Суть такова: кто шлет поклон,
Под покровительство вступает –
Доход стабильный получает;
Кто вне системы жаждет «встать»,
С тем вне закона торговать!
На что Россия не смутилась,
Она семьей обогатилась:
Орел двуглавый воспарил,
Своим крылом птенцов укрыл,
Взяв «полукровок» под защиту.
Но, не умерив аппетиту,
Привыкшие нахрапом брать
Газ, нефть – им стала досаждать
Бесцеремонность обстоятельств.
Россия, не ведя приятельств,
Глобал сообществу явила –
Краны под сварку перекрыла,
Тем вызвав резкий резонанс –
Месопотамский взвыл альянс,
Подняв всеобщую шумиху,
Не корча более шутиху,
За пульт уселся «Вавилон»,
Он, тот же древний змей, дракон,
Замыслил Русь с лица – стереть…
 
Как раз в тот час посмел лететь,
К земле сорвался астероид,
Как воспалившись, аденоид
В младенчестве мешает спать,
Так и опасность – всем дышать;
Планета будто взбеленилась,
Засуетилась, всполошилась,
Померкло солнце, скрылось в тень
От глыбы, мчавшей не в сажень,
Тянулись вширь её объемы
На километры. Люд от «дремы»
В мгновенье ока пробудился –
Кто как умел, Творцу молился:
Всплакнул имам, с ним гуру, жрец,
Кто вне Христа, – Это конец! –
Вскричали, ринулись бежать,
Кто ввысь, кто вземь – себя спасать.
 
Часть от кометы отделилась,
На «Вавилон» огнем излилась,
Заставив трепетать «союз»,
Имел виду «кулис искус»;
Её царей, купцов – всех знатных,
В молении неадекватных,
Они слезами заливались
И истерически смеялись,
Завидев дымы от пожарищ, –
Пал «Вавилон» – их друг, товарищ…
В горенье праздная столица!
О чем вещал пророк: «Блудница
Вином разврата опоила
И воровством обогатила,
В днях безмятежных, все народы!»
Она, упившись от свободы,
Юдоль на алчность разменяла,
Содома выбрав покрывало.
И только там, в кромешный час,
Припоминая Мити сказ,
Гуляев с далей разглядел,
О чем пророк сказать хотел, –
Михайло в Цюрих все ж отбыл,
Не приняв весть – к Христу остыл…
 
Стрелой опасность приближаясь,
К Европе Западной смещаясь,
Входя в земную атмосферу,
В «кулисных» возмущая веру,
Вдруг вспышкой яркой озарилась,
Как бликом молнии, разлилась
На всем пространстве небосвода,
Как солнце сочного восхода,
В сиянье славы всем блистал –
Миссия в облаке скакал
На бело-огненном коне,
Плащ багрянистый на спине
Христа по ветру развевался,
На нем отчетливо читался,
Пестрящей вязью: «Царь царей!..»
За Ним же множеством теней –
Полки небесные восстали,
Со всех концов земле предстали
На резвых, белых скакунах,
С мечами алыми в руках;
Борцы любви – Христовы воины,
Дня воскресения достойны,
Собой пополнили ряды –
Небесных ангелов орды.
 
Вот и случилась «званых» встреча,
Пред тем, как доблестная сеча
По непокорным разошлась,
Победно Церковь вознеслась –
Поднялась в облаке к Христу,
Явив единством чистоту.
Откроюсь, это не везенье,
Кто проявил в призванье рвенье,
Тому и должно здесь предстать –
Сыновью славу разделять!
Хвала, триумфа ликованье,
Средь убеленного сиянья
На резвом борзом выделялся,
Правей Христа в строю держался,
Живой, с венком в вихрах пророк, –
В белесых ризах, дуя в рог,
Он на мгновение застыл,
Взгляд темноокой ощутил –
Левей Мессии восседала,
Злаченым венчиком сияла,
Как лилия небес – Тамара;
Не хуже рьяного гусара,
Она в седле своем держалась,
Взглянув на Митю, улыбалась,
В такт продолжая тем скакать…
Христос позволил им отстать.
 
Дым облака двоих укрыл,
От любопытных глаз сокрыл,
Дав им в объятьях насладиться,
Они, как ангелы кружиться,
Хоть и без крыльев – начали,
Их зори светлые пришли,
Тысячелетьем задышали,
С Христом правления в финале!