Почти тривиальная история

Экран монитора прощально мигнул и отключился. Казалось, ему тоже не хватало решимости. После сегодняшнего разговора с Катей компьютер перегрелся и теперь рычал своими вентиляторами, охлаждая железную систему. Андрей чувствовал его горячее дыхание где-то на уровне колена. Ему казалось, что весь этот железный мозг запросто может крякнуть в любой момент и поэтому выключал машину после каждого сеанса.
 
Он совсем не помнил эту девочку, жившую когда-то с ним в одном дворе. Она написала, будто бы Андрей - её первая любовь. Обрушилась лавиной, атаковала признаниями, подробностями из детства… Надо ли ему всё это? Ведь жизнь налажена, удобная, семейная… Посмотрелся в зеркало. Из Зазеркалья на него уставился сутулый невысокий человек, очкастый, со скучным лицом, с седеющей, кудрявой шевелюрой. Вот эти-то кудри Катя и запомнила. И ещё гитару. Кстати, где она?
 
Гитара отыскалась на работе, пыльная, среди каких-то галстуков, халатов. Сколько лет прошло с тех пор, когда он держал её в руках? Андрей подстроил лады, провел по струнам… Какая тогда была яркая, красочная жизнь! Он играл в школьном ансамбле, пел песни из «Машины времени», «Цветов», «Веселых ребят»... Припомнилась простенькая дворовая песенка, сколько раз они пели её с Людой! Только Люда была тогда другая. Детство поманило его простым аккордом; Андрей ощутил прилив сил, волнение, трепет, словно не было всех этих лет, словно не мучила его нескончаемая задача: где достать денег, во что одеть и чем накормить дочь…
 
Со стены на него взглянула улыбающаяся Светка. В черном платье, среди аккуратно постриженных кустов, в каком-то немецком городке, она выглядела уже совсем не по-советски. Рядом Люда. Подтянутая, ухоженная, современная. Любила ли она его тогда, в семидесятых? А сейчас?
 
Включил компьютер, нашёл в «Одноклассниках» Катю, решительно назначил ей свидание. Решил: будет как будет! Он влюбится в Катю, раскроет ей свою душу, в нем забьётся живой родник... Катя, конечно, разочаруется в нём, в таком унылом и старом, но это все равно лучше, чем пустота, безграничная и скучная. Пустота, в которой он живёт последние пять лет после Светкиного замужества.
 
Люда приняла решение Светы легко. Ей самой хотелось расплеваться со страной. Она слишком была обижена за несостоявшуюся аспирантуру, за «рыночную» экономику, толкнувшую её заниматься несвойственным для неё делом. Моментально, как только умеют женщины, она похудела, похорошела и взялась «навещать» молодых, жадно натягивая на себя эмигрантскую жизнь. Возвращалась чужая, злая и решительная. Затевала чистку квартиры, вынося под видом хлама любимые книги Андрея, вещи, сделанные отцом…
 
Катя согласилась на свидание, прислала ему поцелуй. Андрей вспотел, словно сделал что-то плохое, почистил историю и выключил технику. Кружилась голова, в голове вертелись слова из старой песни: «…а любовь, как сон, стороной прошла…»
 
В обеденный перерыв в парке слишком людно. Они торопливо пошли по тропинке и только в самой темной аллейке нашли скамейку, куда и присели. Катя. Какая хорошая женщина! Умненькая, тёплая. Он почувствовал себя смелее, рассказал ей анекдот, они посмеялись. А потом неожиданно он дотронулся до её щеки губами…
 
***
Прошло уже больше полугода. Свидания с Катей превратили Андрея в какого-то пижона. В его глазах появился блеск, мягкие волосы по-девичьи рассыпались по плечам, а по курчавым пшеничным усам то и дело пробегала мальчишеская улыбка. Андрей сочинял песни, а Катя их пела. И казалось, что жизнь только начинается, что в ней всё ещё будет. Жену, видимо, беспокоили такие перемены. В нем проявилась та самая «позитивность», к которой она его призывала, но почему-то теперь это её пугало. Мир проснулся, Андрей очень хорошо это понял и уже не беспокоился о том, куда он катится.
 
Кате он был безмерно благодарен за всё перемены в жизни, за свежий взгляд, за её любовь и бескорыстие. Вместе с ней он не ощущал веса, казалось, что атмосферный столб вообще перестал давить на него…
 
Вот только никакой реальной Кати не существовало. Была игра. Игра двух немолодых душ, между которыми расстояние. Не было сил, чтобы преодолеть его, не было решимости нарушить мир, в котором обитали их тела. Тела Андрея и Кати любили комфорт. Им были полезны завтраки, обеды, горячие ванны и свежие полотенца. Души не могли выпорхнуть из их тел и слиться в прекрасном танце под неясные звуки, рождающиеся в любящих душах. Любовь была настоящей, она была единственной, но к сожалению, виртуальной.
 
Реальная жизнь перестала иметь значимость.