Правильное дыхание

Вот я сглупила! Три года посещала бассейн, отработала неплохую скорость в плавании кролем, а дышать правильно не научилась.

Инструктор неоднократно делал замечания, но я отмахивалась, гордясь тем, что умею надолго задерживать дыхание. Пока двадцать пять метров бассейна плыву (красиво, плавные взмахи руками и ритмичные ногами, изящные повороты корпусом), голову из воды лишь пару раз приподнимаю - наполнить лёгкие. Зачем учиться, если и так всё хорошо?

Но тут на работе объявили соревнования. Записалась – то я первая, но, изучив требования, растерялась – за технику исполнения жюри выставляет отдельную оценку. Только теперь до меня дошло, как нелепо я выгляжу, выныривая и судорожно заглатывая воздух, да ещё при этом теряя время.

А соревнования через две недели. Заручившись поддержкой инструктора, изучив ролики профессиональных пловцов, я с энтузиазмом взялась за дело, да не тут-то было. Вода, до сих пор уверенно державшая меня в объятиях, начала сердито толкать ко дну и заливать рот хлоркой. Какая там скорость и изящество! Пытаясь наладить правильные вдохи-выдохи, я теряла контроль над телом и только судорожно совершала бессмысленные движения, продолжая захлёбываться.

Инструктор через пару - тройку тренировок изрёк что-то вроде «рождённый ползать дышать не может» и махнул на меня рукой, ради очистки совести посоветовав плыть как раньше. Но и как раньше уже не получалось.

Я продолжала свои трепыхания, продиктованные не сколько упорством, сколько отчаянием. Отказаться от участия в соревнованиях уже нельзя, опозориться – стыдно. Обратила внимание на плывущего по соседней дорожке мужчину. Загляденье.

С этим пловцом я встречалась и раньше. Он неизменно приходил с семилетним сыном, поражённым детским церебральным параличом. Несмотря на изувеченные ноги, мальчик прекрасно плавал. Меня всегда поражало, как папа мальчика здорово общается с сыном – шуткой скрашивал неловкости, когда ребёнок не мог натянуть ласты или растягивался на резиновой дорожке. В этом случае он не спешил помочь сыну, давая возможность ему справиться самостоятельно, но находился непременно рядом.

Может, он и мне поможет? Набравшись смелости, я его окликнула.

- Извините, вы так плывёте красиво, а у меня с дыханием проблемы. Дайте совет, пожалуйста.

Мужчина, встряхнув головой, избавляясь от капелек на лице, ответил:

- Ну, давайте попробуем. Ивана же научил, - мужчина кивнул в сторону мальчика. – Покажите, что умеете.

Новый тренер, понаблюдав за моими попытками, дал несколько чётких инструкций, обозначил простые упражнения.

Я очень старалась, но выходило плохо. Хорошо, что Нептун живёт лишь в морской воде, иначе он вдоволь бы насмеялся над такой подбитой русалкой, как я.

Ваня, как мне показалось, поглядывал на меня снисходительно, даже получил замечание от отца, когда рассмеялся после очередного моего промаха. Жалость к больному ребенку смешалась со стыдом - я, здоровая женщина, не могла повторить то, что осилил малыш - инвалид. Отвлёкшись на переживания, заметила, что несколько метров проплыла совершенно правильно. У меня получилось! Правда, только радостное осознание ослепило мой мозг, я тут же сбилась с ритма и вновь захлебнулась, но это уже было неважно – начало положено.

На выходе из бассейна мы наконец-то представились друг другу. Александр – так звали мужчину - предупредил, в какие дни они с сыном посещают тренировки. Хорошо, что он это сделал, сама бы не решилась обратиться с просьбой о повторном совместном занятии, опасаясь показаться навязчивой.

- Вы, наверное, учитель физкультуры? – поинтересовалась я, - так замечательно объясняете.

Впервые я увидела на лице Александра улыбку.

- Вообще-то я слесарь. Но прежде всего – папа. Вы не переживайте, у вас, как и моего Ваньки, тоже всё получится.

У меня действительно всё получилось, на соревнованиях я заняла первое место. Правда, только через год. Но тот счастливый день запомнился не только победой – гораздо важнее было то, что Ваня впервые назвал меня мамой.