Памяти Жана Жореса

В России мало он известен,

Француз великий есть,

Хотелось улицы Жоресом

Назвать бы в его честь!

В Москве пусть будет парк Жореса,

Скульптура в полный рост,

Алеть пусть будет в память вечно

Аллея ярких роз!

 

 

«Я все еще надеюсь, что нам не придется содрогаться от ужаса при одной только мысли о великом человеческом бедствии, к которому привела бы сегодня война в Европе», — эти слова начертаны на огромном полотне, вывешенном в начале лета 2014 года на ограде Национальной ассамблеи в Париже. А принадлежат они человеку, 100 лет назад произносившему пылкие речи в этом самом здании, – депутату Жану Жоресу, лидеру французских социалистов. Но тогда его не услышали. Понимание его правоты пришло немногим позже — когда Франция уже оказалась ввергнутой в великое бедствие, и пути назад не было.

 

Жорес, убежденный антимилитарист, был застрелен французским националистом Вилленом 31 июля 1914 года, став, по выражению современников, «первой жертвой еще не начавшейся войны». И только позже, главным образом, после увиденных и пережитых ужасов Великой войны, имя Жореса стало знаковым и даже культовым для французской истории: появились книги о Жоресе-мыслителе и Жоресе-пацифисте; практически каждый город Франции обзавелся улицей Жореса и т.д. А тогда, летом 1914-го, война не заставила себя долго ждать: мобилизация во Франции была объявлена на следующий день после скандального убийства, 1-го августа, когда в войну вступила Россия. А еще через два дня Германия объявила Республике войну.