Карма

Борис Петрович стоял на коленях перед своей машиной. Перед своим новеньким «мерином» стоимостью, как «трёшка» в центре города. Его борсетка, его чёрная дорогая, из натуральной кожи, борсетка валялась в грязи в полуметре от него. Склонив голову, Борис Петрович медленно покачивался из стороны в сторону.

- Понажираются и занимаются чёрте чем, - раздражённо пробурчала проходящая мимо него пожилая дама, - Хватит молится на это дьявольское корыто, лучше в церковь сходи, ирод!

Но Борис Петрович не молился – он боролся. Это был его личный «последний и решительный бой». Он боролся со смертью за жизнь. За свою жизнь.

Карма. Где-то в предыдущей жизни он сильно напортачил. Вся его жизнь, с самого детства, сплошная борьба. Он жить начал с борьбы за жизнь. Родившись недоношенным, он был очень слаб. Обычно «семимесячные» выживают без особых проблем. Он был «восьмимесячным». Врачам в роддоме еле удалось его выходить. Ещё хорошо, что в «загнивающем союзе» это было бесплатно. Почти бесплатно. Без магарыча не обойтись в любые времена.

Потом был интернат, матери-одиночке, растившей сына в общежитии при заводе, было трудно справится с воспитанием такого сорванца, как он. Армия. Кровь, пот, страх и наркотики между боями в «горячей точке». Лихие 90-е, где место контуженному десантнику определила сама жизнь. Тюрьма – ментальный бой с перерывом на сон в «полглаза». И, наконец, свой бизнес, правда строительный, а в нём, как известно, - «покой нам только снится».

И вот сейчас, когда жизнь начала налаживаться, появились не просто деньги, а свободные деньги, - он на коленях, в пяти метрах от кафе, где только что кушал шашлык, из последних сил держит искру сознания в своём теле.

Из дверей кафе выглянул охранник и тут же нырнул обратно. Через пару минут он появился на пороге, но уже не один, а с официантом. Кафе было небольшое, семейное и официант, он же директор и владелец кафе, приходился охраннику двоюродным братом.

- Что с ним, а? – охранник озадаченно почесал живот, - Пьяный, да? Ты ему нормальный коньяк давал? Или по «семейному рецепту»?

- Да нет, он не пил совсем! Противный тип, - чаевые не даёт, не пьёт – наверно наркоман! – возмущенно затараторил директор-официант,- Он часто приходит. Сидит с недовольной рожей всегда – ни разу слова доброго не сказал! Ни спасибо, ни пожалуйста от него не дождёшься!

- Так вроде прилично одет и машина хорошая, какой же он наркоман? - засомневался охранник, – может плохо ему?

- Да эти «приличные» все, как один, наркоманы! – убеждённо заявил официант, - А что? Перегаром не воняет, а расслабляться надо всем! Где плохо ему? Когда плохо – человек лежит, а этот качается, как маятник! Хорошо ему, а не плохо!

- Может быть подойдём, посмотрим, что с ним? – не унимался охранник.

- Ты в своём уме? – официант покрутил пальцем у виска, - Кругом камеры, регистраторы на машинах! Он потом скажет – «У меня деньги пропали!», а кто подходил? Мы подходили – вот запись! Подстава, короче! Идем отсюда!

- Аргумент! – с этими словами охранник открыл дверь в кафе, - Пошли, дорогой!

Борис Петрович в очередной раз качнулся и прислонился к автомобилю. Карма. Выйдя из кафе он сразу отключил сигнализацию на «мерине». Он всегда нажимал кнопку на брелоке метров за пять до машины. Ему нравилось, как машина мигала фарами при его приближении, будто здоровалась. Не имей он такой привычки, сигнализация сейчас бы орала на всю улицу, зовя ему помощь.

А ведь такой хороший день был! Подписанный контракт, хороший аванс, прилетевший на счёт вовремя, - а это большая редкость в его бизнесе. Всё спорилось, всё ладилось… Жена только немного настроение подпортила, но это тоже было кстати. Скандал отличный повод уехать из дома. Женаты они были уже долго, дети выросли, влечение угасло, - по инерции жили. У него молодая любовница, - супруга делает вид, что не в курсе. Не готова она была платить за гордость одинокой старостью, но его нервы трепала часто и со смаком! Вот и сегодня ни с того ни с сего – ты почему ноги не вытер? И понеслось… Уже на выходе из квартиры в спину ему ударило наполненное ненавистью: « Чтоб тебя перекосило, недоносок!». Вот это «недоносок» очень сильно обидело…

И Бориса Петровича перекосило. Успокоив нервы мясом, он всего три шага не дошёл до машины от шашлычной. Вспышка головной боли, лицо искривила гримаса, мир завертелся и ноги перестали слушаться. С огромным трудом он удержал своё тело на коленях, не дал ему дальше падать. Вечер, парковка возле кафе – примут за пьяного и не подойдут даже, пока он не умрёт от инсульта. То что у него инсульт, Борис Петрович понял сразу – симптомы инсульта, инфаркта и много ещё каких болячек он изучил, мало ли что… Борис Петрович был предусмотрительным человеком.

«Теперь главное привлечь внимание. Ещё не всё потеряно, время ещё есть. Врачи ещё могут помочь», - как заклинание повторял он про себя. Карма. Время шло. Борис Петрович не сдавался. Никто к нему не подходил.

- Глянь, чё это с мужиком? – двое молодых парней остановились возле него.

- Кажись, хреново ему… - в голосе одного из них послышалась тревога.

- Да это ж директор фирмы, от которой мы шабашку делали в прошлом году! – удивлённо произнёс второй, - Помнишь, нам ещё не доплатили тогда! Пошли шашлык есть, пусть этому козлу те жлобы помогают, что нам тогда морду били!

Всё. Карма. Силы у Бориса Петровича закончились. Мягкая вата беспамятства обволокла еле тлеющие сознание. И на грани тьмы он услышал:

- Вызову я ему, всё-таки, скорую…