Турецкая ночь

Борей, огорчённый разгромом рассудка,

Раскинул божественный стан.

В воде только щепки, а стало быть, жутко

Прогневан великий султан.

 

Волшебная рыбка плывёт по Босфору

И кличет неверным пожар.

За городом курос* влюбляется в кору,**

Пока не спалил янычар.

 

Ночь лунная, брякая звёздами, пляшет

Меж строчек желтушных газет.

Обломками башен нам издали машет

Сгоревший дотла Баязет.

 

Как кровь по разорванной надвое вене,

Течёт караван без конца.

Погода врала о большой перемене,

Пленяя жарой в три кольца.

 

Гуторят о вечном луна молодая

И купчик, довольный собой.

В ушах у него, пеленой отдавая,

Шумит палестинский прибой.

 

 

 

*Статуя юноши-атлета, характерная для древнегреческой пластики периода архаики (ок. 650 г. до н.э. — 500 г. до н. э.).

**Женский эквивалент куроса.

 

3 августа 2017