МАЯК 2

На голой возвышенности безымянного, почти лишенного растительности острова, стоял Маяк.

Никто не помнил, когда, и зачем его поставили в этом диком, судами почти не посещаемом месте. А Маяку и дела ни до кого не было...Водил лучом себе денно и нощно, потому как Маяк, положено!

Большие суда обходились без его помощи, а маленькие не могли пристать к острову из за рифов, приливов и непредсказуемых ветров.

Вот так и жил бы Маяк, ежели бы однажды случайно не прибило бы к его берегу маленькое суденышко...

Оно было такое беспомощное и хлипкое, что казалось вот - вот разобьется о рифы, или опрокинется от встречно ветра на прибрежные скалы...

Маяк, поначалу молча наблюдавший за потугами лодчонки, вдруг почему-то, (и сам бы не мог, наверное, объяснить, почему), проникся состраданием к жалкой посудине ...

«Ну что же ты, ведь я указываю тебе путь, неужели ты не видишь!»- казалось, кричал маяк! И что есть мочи усилил и без того яркий, уходящий в даль, луч света.

Большие корабли, быть может, наблюдали сполох маяка, но им не было до него никакого дела.

А маленькая лодка ничего не увидела, она слишком близко подошла к острову, ей мешали скалы.

Казалось, участь лодки определена, еще мгновение, другое и суденышко, так и не причалив к берегу, разлетится в щепки о прибрежные скалы...

«Ну что же это я!»- подумал Маяк и собрав всю свою силу повернул луч вниз, туда, где со стихией не на жизнь, а насмерть боролось махонькое суденышко...В тот миг, когда лодка, уже ни на что не надеясь, уронила весла и отпустила себя на волю Божью, он, этот спасительный луч, указал ей путь в тихую гавань...

Солнечное утро застало суденышко в райской, защищенной от непогоды бухточке...Лодка резвилась, носясь на всех парусах туда-сюда. Какое это было счастье. Ничто более не угрожало ей ...

А что Маяк?

Он тоже испытывал почти, что родственные чувства к этой пигалице и внимательно следил, чтобы на радостях она не налетела на рифы и не расшибла себе нос или корму. В любое врем суток он с родительской строгостью начал обучать лодочку всем премудростям морской жизни...

Шло время, и оба даже не заметили, как стали нужны и важны друг для друга...

Легкомысленная лодочка ни о чем не думала, её вполне устраивало пребывание в тихой гавани. Она ничего не хотела менять в своей жизни...

Но мудрый Маяк рассудил иначе.

«Мы такие разные! Я Маяк, у меня есть мой остров, моя работа»,- рассуждал он. ... «Она легкомысленна и восторженна... сегодня резвится тут, завтра ей это может надоесть и она подымет паруса и уплывет, а я опять останусь один...

И потом, мне не хочется, чтобы она так и оставалась маленькой, несмышленой лодочкой, а, став прекрасным белым парусником, на всех парах мчалась бы на встречу своей судьбе»...

Дождавшись прилива, Маяк осуществил свой план и направил лодку в открытое море...

Луч погас...

Только лунный след на поверхности холодной и неприветливой воды. Ничего не понимающая лодка решила, что Маяк шутит и вот-вот опять загорится долгожданный луч.

Но он так и не загорелся. ...

И лодочка все поняла!...

Некоторое время она еще ждала и надеялась, потом подняла паруса и, не оглядываясь назад, уплыла вдаль...

Маяк с тоской смотрел на уплывающую лодочку и хотя сердце его разрывалось от тоски и боли, он даже ради её безопасности не стал освещать ей путь...

Высшая любовь, это когда отпускаешь....

 

***

Лодочка быть может и превратится когда-либо в прекрасный белый парусник, но никогда не забудет свой Маяк. Ей всегда будет казаться, что он незримо светит ей в спину, делая путь её безопасным... Ей очень бы этого хотелось...