плевок

Ольге Гриневич в качестве ответа на вопрос о том, куда делся вдумчивый религиозный я

Что? Кому? Зачем? И надо ли?..
Ответы до меня не доотгадывали... 
Творить добро,
Которое так плотно к злу и гневу
Вмылось, вздымая крови мусор, словно тромб,
И ироничное, как миловидный евнух?

Ведь…
хоть…
бывает, иногда хочу
Вползти, сдыхающий, к врачу,
Где на дверях клеймящая табличка-медь «господь»,
Чтоб он поднял, раскаял, хлопнул по плечу:
- Прости меня, за разум твой, за эту плоть...
Не вечно же тереться калачу...
Леченье изберём, пока же - чур
Себя сомненьем не колоть.

Но его нет. Тотальный карантин
В больнице высшего порядка.
А жить-то надо - как без веры?
И я - сам бог мной намалёванных картин,
Сам свет кадящей спиртом ватки
Во тьме, где холод, срам, химеры.