Пиковая дама (ужастик новогодний)

 

 

Свидетелей этой истории мало, да и вряд ли их можно назвать свидетелями в полной мере, так как сама история выходит из разряда реальных. Но существует же в конце концов массовый гипноз, почему бы не приключиться коллективной фантазии. На дворе век гаданий, параллельных миров, экстрасенсов, ведуний и колдунов. Сегодня трудно чем-либо удивить современного читателя. Вера идёт под ручку с неверием, мирно уживаясь рядом. Наука, впадая в ересь, ищет корни своих открытий в паранормальных явлениях. И то, что героями этой истории оказались студенты-медики, ещё не является доказательством её подлинности, хотя сами очевидцы утверждали обратное.

 

1.

В самый канун Нового Года в одной из комнат общежития медиков состоялся небольшой скандальчик. Татьяна, хрупкая, высокая девушка с копной рыжих пышных волос и крошечными золотистыми веснушками, столпившимися на её вздернутом носике, стояла посреди комнаты, готовая разрыдаться.

- Вы обещали! Мы же договорились! Я ведь и слова нужные узнала! Думаете легко было? Мне это очень нужно! Хоть в петлю лезь.

- Брось ты, Танька,- прервала её истерику коренастая степенная Настя. - Ну обещали. Но бывают же разные обстоятельства. Ты не усугубляй! Надо больно из-за каждой смазливой рожи в петлю прыгать.

- Знаю я ваши обстоятельства,- взорвалась Татьяна, - школа милиции и офицерское училище. Да если бы их не пригласили к нам на Новый Год, не было бы никаких обстоятельств.

- А почему бы нам не расслабиться,- хмыкнула красивая Ольга, сидя перед зеркалом и тщательно дорисовывая брови. - А может там моя судьба!

- А ведь верно кончай, Таньчик, базар и собирайся с нами. Клин клином вышибать будем! - промолвила четвёртая девушка, чем-то похожая на взъерошенную мышку, крыска-Лариска.

-Да причём здесь клин? - не сдавалась Татьяна, я о Павлике уже давно забыла. Мне не везёт по всем статьям. Всё наперекосяк! И дома, мама пишет, неприятности. Сплошной тупик.

- Это, Татьяна, называется полоса невезения. Но пойми, глупо новогодний вечер угробить на сомнительную чушь. В конце концов ты будущий медик, а медицина и гадания вещи несовместимые. Твой диагноз – простое переутомление. И Пиковая Дама вряд ли тебе поможет, - отозвалась Настя.

- Кончай, Настён! Она сейчас в конвульсиях забьётся,- засмеялась Ольга. Из всех четверых она уже ощущала в себе растущую женскую силу, коллекционируя взгляды мужской половины, давно зная себе цену.

- Ну, девочки, что вы в самом деле? Оленька, тебе легко рассуждать, вон ты какая! - подала голос из своего угла крыска-Лариска.

- Какая? – дёрнулась Ольга, - не такая тихонькая, серенькая и скучненькая. Ох, ну и тоска с вами зелёная!

- Но ты ведь тоже обещала! – не сдавалась Лариска.

- Ну обещала, интересно конечно гадануть на судьбу, но раз появилось более классное мероприятие, я, как здравомыслящий человек, оставляю за собой право выбора. И это бал! - выпалила Ольга и победоносно посмотрела на себя в зеркало. – А ты, если такая сердобольная, то оставайся вместе с ней, - и она сделала театральный жест в сторону Татьяны.

- Ну что вы, девочки, я тоже хочу на бал,- пошла на попятную Лариска.

- Ну и катитесь! И без вас обойдусь! – В глазах у Тани блеснули слёзы. Она упала на кровать и накрыла голову подушкой. В это время дверь отворилась и в комнату заглянула весёлая девичья рожица: - Ой, девочки! Там такие мальчики! Что вы капаетесь, всех расхватают, останетесь с нашими занудами, - и дверь мгновенно захлопнулась. Все, последний раз с сожалением взглянув на Татьяну, ринулись к выходу.

 

2.

Было около двенадцати ночи, когда общежитие вновь наполнилось звонкими молодыми голосами. Девчонки, переполненные впечатлениями, с хохотом ввалились в свою комнату и замерли на пороге.

Комнату освещал тусклый свет тающей свечи. Татьяна сидела за столом и тасовала карты.

- Ну как? – выпалила Лариска, - получилось?

- Да нет,- отозвалась Татьяна, – ничего не выходит.

- Ну, Танька, такой вечер угробила! Что там было! Ой не могу! Это же надо такой дурой быть! – резюмировала Настя.

- Всё, девочки, давайте спать! Меня ноги не держат! – и Ольга рухнула на свою постель.

- Ещё бы, Оленька, столько танцевать, наверно, вредно! – с чувством явной зависти произнесла Лариска.

Девчонки, включив свет, стали раздеваться, смывать макияж и готовиться ко сну. Татьяна тоже, тяжело вздохнув, натянула на себя короткую рубашку от ночной пижамы.

И когда Лариска, закрыв дверь на ключ, потянулась к выключателю, Татьяна вдруг попросила: - Девочки, погодите, ещё один разик скину и будем спать.

-Только один раз, - ворчливо отозвалась со своей кровати Ольга.

 

Карты тусовались удивительно легко, не задевая друг друга мятыми уголками. Шепча что-то вполголоса, Татьяна стала разбрасывать их на две колоды. Часы в вестибюле пробили двенадцать ночи. И их гулкие удары эхом прокатились по этажам.

- Ой, девочки! – Татьяна смотрела в карты. Девчонки, привстав на кроватях, увидели на столе - карта Пиковой дамы легла рядом с картой дамы Бубен.

От дверей потянуло холодом. Все повернули головы и увидели, что на пороге стоит кто-то во всём чёрном. Лицо скрыто под тёмной вуалью. Фигура, скорее квадратная, чем имеющая округло- женские формы, даже очертания рук скрывающая где-то в складках одежды, словно удав притягивала к себе взгляды, заставив волосы подняться от ледяного всепоглощающего ужаса. Её статичность, безжизненность, комодообразность была совершенно излишня, нелепа в светлой девичьей комнате.

- Ты звала меня! Я пришла! Теперь я задам тебе три вопроса. Если ты не ответишь, я заберу тебя с собой и тебе будет очень плохо. Если ответишь, задавай свои три вопроса, - глухой, знобящий звук, который скорее можно было назвать голосом из могилы, шёл откуда –то из угла, а вовсе не от фигуры, застывшей возле двери. Немая сцена «Ревизора» ни в какое сравнение не шла с тем, что происходило в комнате. Девочки, студентки-медики, скорее скептики, чем верующие во что-либо, разом потеряли дар речи и способность двигаться. Четыре неподвижные фигуры в разных концах комнаты, даже не имели возможность повернуть голову и, посмотрев друг на друга, оценить ситуацию со стороны.

Вопросы были просты до абсурда, и на них с лёгкостью мог ответить любой пятилетний ребёнок. Но, учитывая атмосферу общего оцепенения, ответа на первый из них: «Сколько тебе лет?» - не последовало. Второй вопрос был не сложнее первого, и девочки, уже приходя в себя, стали подсказывать на него ответ. «Твоё имя?» Но Татьяна находилась в состоянии транса, она просто не слышала своих подруг. В её мозгу, как в гулком лабиринте, блуждали страшные слова, натыкались на стенки сознания, рассыпались осколками и звонко падали на дно души. Когда на третий вопрос прозвучало красноречивое молчание, фигура нагнулась вперёд, вытянув костлявую руку, сжала ладонь Татьяны. И та покорно последовала за ней. Девочки, бросившись следом, не сразу сообразили, что дверь закрыта, и тщательные попытки вышибить её плечом, руками. коленками, прервались словами Ларисы: - Ой, девочки, вот же ключ.

Минут пять ушло на то, чтобы заставить работать ключ. Его так заклинило в замке, что он не сразу провернулся, звучно щёлкнув. Вся троица вывалилась в пустой коридор третьего этажа.

 

3.

В это самое время по второму этажу общежития, в весёлом расположении духа шли два парня - Денис и Виктор. Они благополучно добрались до угла и уже на повороте коридора замерли, как вкопанные, открыв рты.

Прямо на них, вытянув вперёд руку, двигалась девчонка в короткой пижамной рубашке и в ажурных трусиках. Весь её вид, уже не говоря о неглиже, был очень странен. Двигалась она так, как будто кто-то невидимый тащил её за слабую, вытянутую руку. Огромные глаза, переполненные ужасом и слезами, молили о помощи. Денис видел её в первый раз, но сразу понял, что перед ним человек, которого нужно спасать. Он бросился вперёд и едва успел подхватить падающую девушку. По пустому коридору прокатился знобкий порыв ветра и замер в углу, и сейчас же оттуда прошелестели и стихли слова: - Скажи ему спасибо!

Через полгода Татьяна и Денис поженились.

-Я медик, - говорит Денис, - и, если бы это не случилось со мной лично, никогда б не поверил, ей богу.