быть?

Да чего вы, всё прозрачно же. Сожжёт на свечке бумажку (то ли с именем избранника, то ли со списком прегрешений, подобно той, которую отдают батюшке на исповеди - но даже и в том случае, блудные помыслы - в этом списке, как явно следует из текста) - отречётся окончательно от того, в чью сторону сейчас позволяет себе только улыбки, предусмотренные этикетом. Но отрекаться очень уж не хочется - не потому, чтобы избранник был так уж прекрасен (в тексте о нём ни слова, и даже менее того: много о другом мужчине - Гамлете; непосредственный виновник треволнений ЛГ не присутствует в этом пространстве ни советчиком, ни соглядатаем) - а из соображений вроде "жизнь пройдёт мимо". Причём, лирическая героиня в этой нерешительности сравнивает себя с Гамлетом, и даже осмеливается предположить, что ей сложнее, чем шекспировскому принцу: тот, хотя и ополчался на море смут, и мог сразить их, - хотя бы определился в вопросах достоинства силы и слабости: трудность в его знаменитом монологе - в том, что считать слабостью, а что именно - силой: продолжение игры и притворства (быть) или выход из игры (не быть). Но если бы это удалось определить явно, не пришлось бы гадать, стоит ли предпочесть силе слабость, ибо такова мужская парадигма и мужская система ценностей, в отличие от женской. Я правильно понял, автор?