1
Мама не любила Королёву, «Жёлтые тюльпаны».
Ни слуха, ни голоса, ни кожи, ни рожи, а всё туда же.
Да и просто, не любила песни, как кота за...
- Галка, сдались тебе эти танцы? На носу экзамены.
- Девчонки смеются, их отпускают до двенадцати.
А я буду в десять, завтра поедем к бабуле вместе,
испеку шарлотки, как она любила с корицей.
В последнее время, бабуля слишком часто снится.
2
Он её давно заприметил, высматривал адрес.
Маршрут школа/дом построен, маршрут разгадан.
Милая девочка, самая скромная, невинная, чистая.
Первые танцы — номер один для него событие.
3
А завтра, столько планов на завтра.
Чужие шаги за спиной догоняли жадно
будто шакалы ведут непорочную жертву
жалкие падальщики.
Голос внутри завопил, завывая навзрыд: «побежали!», не успе...
Господи, за что устроил девочке грязноадские танцы?
Господи, спасибо, что оставил живой, мамину радость.
Жизнь затрещала, треснула, рухнула на две половины
половины на четверть, четверть вдрызг на восьмые...
Переживём, переболеем, заштопаем раны, стежки за стежками
лишь бы душу собрать по фрагментам в мозаику
по одной занозе поганые пятна, взамен вытаскивая.
Встанет, даст Бог, на ноги.
4
У неё, после восемнадцати, прошло ещё двадцать
тусклых, ноющих вёсен.
Не любит больше песни, печь шарлотку
ничего, что было до адского после.
Не ходит в церковь, куполами глаза намозо́лены
затянуты
замылены.
Куполов до сих пор боится —
это единственное, что она помнит, не запомнив ли́ца.
Мечтает взвиться подбитой птицей, с размаху удариться об отраженье неба.
Туда, где купола не дотянутся
туда, где нет прежних зацепок
без разницы кем, хоть лебедем, хоть обычной галкой.
Если бы не живая мама.
Маму жалко.
