Обухов Сергей Николаевич, а за глаза просто Обух, жил скромно и не претендовал на что-то иное. Быт его был никакой, в заботе о себе он не нуждался, а к людям относился насторожено и было почему. Жена его оставила, дети разлетелись. «И что? Жизнь остановилась?». На его веку, вероятно, да. Так он и записал в свой блокнот и выбросил карандаш под стол. Он вёл не дневник, а зарисовки с короткими подписями. На последней странице он перечеркнул себя в объятиях предавшей. А за окном бушевала весна.
Он вышел во двор. Находиться дома было для него невыносимо – там всё напоминало. Первое, что он увидел за домом это гараж-ракушка, на крыше которой была женщина, не совсем трезвая, а скорее не в себе. Она опустила голову в руки и рыдала.
Жалость – не лучшее чувство в человеке: она обманывает, ведёт по лёгкому пути. А как пройти мимо? Обух остался и не знал, что делать.
В доме их районной культуры завершился концерт какой-то рок-группы, и толпа потянулась к метро мимо этого гаража. Разгорячённые парни заметили женщину на крыше гаража и начали смеяться, а кто-то кидал камни, чтобы её «разбудить».
