Я безнадежно отстаю от жизни,
Теряясь в новомодном барахле,
Техническом прорыве и цинизме,
Бал правящем в бетоне и стекле.
Мне машет ручкой девочка из детства,
Зовет меня на улицу гулять,
И днем еще возможно отвертеться,
А ночью ей придется объяснять...
И я не сплю, наверное, годами,
Чтоб не встречаться с собственной душой,
Какими... черт возьми, словами
Ей объяснить, что делают со мной?
Я отстаю от жизни безнадежно,
Ценю любовь и преданных друзей,
И втолковать девчонке невозможно,
Что превратилась дружба в Колизей.
Мы пахнем сплошь элитными духами,
Подделанными в грязной мастерской,
Нас покупают вместе с потрохами
(Приятно пахнущих) кредитной закладной...
А девочка ждет кукол и подарков,
Подружек и мальчишек во дворе,
Ей Мерседес, поставленный под аркой,
Напоминает рыбу в конуре...
Смешную, черную, блестящую акулу,
Грозящую стремительно напасть,
Она не знает, то что глазом круглым
Акула излучает страх и власть,
И мальчики, запутавшись в процентах,
Мечтают посмотреть морское дно,
А девочкам твердят, что в буднях бедных
Любовь сама кидается в окно...
Кидается с разбегу и с расчетом
Убиться о неласковую твердь,
Но окружающие люди отчего-то
Не замечают маленькую смерть.
Психологи, семейные эксперты
Всю прозу жизни окрестили "быт",
Замалчивая, что от этой смерти
Душа, как кости, осенью болит...
Неважно кто в душе, стальная стерва
Или богинь разросшийся гарем,
Душа не дохнет... первая как нервы!
Она других космических систем...
Я отстаю от жизни на парсеки,
И девочка не может разуметь,
Как может быть мне плохо, если веки
Я открываю, чтоб на мир смотреть,
Когда есть лес, зеркальные озера,
Котенок на рассветной мостовой...
Пытается понять душевным взором,
Что делают... Что сделали со мной...
А новости стабильно днем и ночью
Транслируют в лучах кромешный ад,
Но мы сбежим по старой водосточке
И свалим... в ожидающий закат.
