Стихи Максима Горького

Максим Горький • 24 стихотворения
Читайте все стихи Максима Горького онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
Из повести «Городок Окуров»1Позади у нас — леса,Впереди — болото.Господи! Помилуй нас!Жить нам — неохота.Скушно, тесно, голодно —Никакой отрады!Многие живут лет сто —А — зачем их надо?Может, было б веселей,Кабы вдоволь пищи...Ну, а так — живи скорей,Да и — на кладбище!2Боже, мы твои люди,А в сердцах у нас злоба!От рожденья до гробаМы друг другу — как звери!С нами, господи, буди!Не твои ли мы дети?Мы толкуем о вере,О тебе, нашем свете...3Пресвятая богородица,Мати господа всевышнего!Обрати же взор твой ласковыйНа несчастную судьбу, детей!В темных избах дети малыеГибнут с холода и голода,Их грызут болезни лютые,Глазки деток гасит злая смерть!Редко ласка отца-материДитя малое порадует,Их ласкают — только мертвеньких,Любят — по пути на кладбище...4Правду рассказать про васЯ никак не смею,Потому вы за нееСломите мне шею...Будь я ровня вам, тогдаЯ бы — не боялся,И без всякого трудаНад вами посмеялся.Стыдно мне смотреть на вас,Стыдно и противно...5Ходят волки по полям да по лесам,Воют, морды поднимая к небесам.Я волкам — тоской моей,Точно братьям, кровно сроден,И не нужен, не угоденНикому среди людей!Тяжело на свете жить!И живу я тихомолком.И боюся — серым волком —Громко жалобу завыть!6Эх, попел бы я веселых песен!Да кому их в нашем месте нужно?Город для веселья — глух и тесен.Все живут в нем злобно и недужнаВ городе у нас — как на погосте —Для всего готовая могила.Братцы мои! Злую склоку бросьте,Чтобы жить на свете легче было!7Снова тучи серые мчатся над болотами,Разлилася в городе тишина глубокая,Люди спят, измучены тяжкими заботами,И висит над сонным небом одноокое...В небе тучи гонятся за слепой луной,Полем тихо крадется чья-то тень за мной...8Полем идут двое —Старый с молодым.Перед ними — тениСтелются, как дым.Старый молодомуЧто-то говорит,Впереди далекоОгонек горит...Узкою тропинкоюТесно им итти,Покрывают тениЯмы на пути.Оба спотыкаются,Попадая в ямы,Но идут тихонькоДальше все и прямо.Господи владыко,Научи ты их,Как дойти средь ночиДо путей твоих!9Господи, помилуй!Мы — твои рабы!Где же взять нам силыПротив злой судьбыИ нужды проклятой?В чем мы виноваты?Мы тебе — покорны,Мы с тобой — не спорим,Ты же смертью чернойИ тяжелым горемКаждый день и часУбиваешь нас!
 
0
Из «Жизни Клима Самгина»Не спалося господу Исусу,И пошел господь гулять по звездам,По небесной, золотой дорогеСо звезды на звездочку ступая.Провожали господа ИсусаНиколай, епископ Мирликийский,Да Фома-апостол, — только двое.Думает господь большие думы,Смотрит вниз, — внизу земля вертится,Кубарем вертится черный шарик,Чорт его железной плетью хлещет.«Был я там»,— сказал Христос печально,А Фома-апостол усмехнулсяИ напомнил: «Чай, мы все оттуда».Поглядел Христос во тьму земнуюИ спросил угодника Николу:«Кто это лежит там, у дороги,Пьяный, что ли, сонный, аль убитый?»«Нет,— ответил Николай угодник,—Это просто Васька КалужанинО хорошей жизни замечтался».Тут Христос, мечтателю мирволя,Опустился голубем на землю.Встал пред Васькой, спрашивает Ваську:«Я — Христос, узнал меня, Василий?»Васька перед богом — на колени,Умилился духом, чуть не плачет.«Господи!— бормочет,— вот так штука!Мы тебя сегодня и не ждали!Что ж ты не сказался мне заране?Я бы сбил народ тебе навстречу,Мы бы тебя встретили со звономВсем бы нашим, Жиздринским уездом!»Усмехнулся Иисус в бородку,Говорит он мужику любовно:«Я ведь на короткий срок явился,Чтоб узнать: чего ты, Вася, хочешь?»Васька Калужанин рот разинул,Обомлел от радости Василий,И потом, слюну глотая, шепчет:«Дай же ты мне, господи, целковый,Знаешь, неразменный этот рублик,Как его ни трать, а — не истратишь,Как ты ни меняй — не разменяешь!» —«Денег у меня с собою — нету.Деньги у Фомы, у казначея,Он теперь Иуду замещает...»...Дьякон, на вопрос Клима: что же сделал Васька Калужанин с неразменным рублем?— задумчиво рассказал:— Вернулся Христос на небо, выпросил у Фомы целковый и бросил его Ваське. Запил Василий, загулял, конечно, как же иначе-то?Пьет да ест Васяга, девок портит,Молодым парням гармоньи дарит,Стариков — за бороды таскает,Сам орет на всю Калуцку землю:«Мне плевать на всё — земные люди.Я хочу — грешу, хочу — спасаюсь!Все равно: мне двери в рай открыты,Мне Христос приятель закадышный».— А ужасный разбойник поволжский, Никита, узнав, откуда у Васьки неразменный рубль, выкрал монету, влез, воровским манером, на небо и говорит Христу: «Ты, Христос, неправильно сделал: я, за рубль, на великие грехи каждую неделю хожу, а ты его лентяю подарил, гуляке, — нехорошо это!..»
 
0
Море - огромное, лениво вздыхающее у берега,- уснуло и неподвижно в дали, облитой голубым сиянием луны. Мягкое и серебристое, оно слилось там с синим южным небом и крепко спит, отражая в себе прозрачную ткань перистых облаков, неподвижных и не скрывающих собою золотых узоров звезд. Кажется, что небо все ниже наклоняется над морем, желая понять то, о чем шепчут неугомонные волны, сонно всползая на берег.Горы, поросшие деревьями, уродливо изогнутыми норд-остом, резкими взмахами подняли свои вершины в синюю пустыню над ними, суровые контуры их округлились, одетые теплой и ласковой мглой южной ночи.Горы важно-задумчивы. С них на пышные зеленоватые гребни волн упали черные тени и одевают их, как бы желая остановить единственное движение, заглушить немолчный плеск воды и вздохи пены,- все звуки, которые нарушают тайную тишину, разлитую вокруг вместе с голубым серебром сияния луны, еще скрытой за горными вершинами.- А-ала-ах-а-акбар!..- тихо вздыхает Надыр-Рагим-Оглы, старый крымский чабан; высокий, седой, сожженный южным солнцем, сухой и мудрый старик.Мы с ним лежим на песке у громадного камня, оторвавшегося от родной горы, одетого тенью, поросшего мхом,- у камня печального, хмурого. На тот бок его, который обращен к морю, волны набросали тины, водорослей, и обвешанный ими камень кажется привязанным к узкой песчаной полоске, отделяющей море от гор. Пламя нашего костра освещает его со стороны, обращенной к горе, оно вздрагивает, и по старому камню, изрезанному частой сетью глубоких трещин, бегают тени.Мы с Рагимом варим уху из только что наловленной рыбы и оба находимся в том настроении, когда все кажется прiзрачным, одухотворенным, позволяющим проникать в себя, когда на сердце так чисто, легко и нет иных желаний, кроме желания думать.А море ластится к берегу, и волны звучат так ласково, точно просят пустить их погреться к костру. Иногда в общей гармонии плеска слышится более повышенная и шаловливая нота - это одна из волн, посмелее, подползла ближе к нам.Рагим лежит грудью на песке, головой к морю, и вдумчиво смотрит в мутную даль, опершись локтями и положив голову на ладони. Мохнатая баранья шапка съехала ему на затылок, с моря веет свежестью в его высокий лоб, весь в мелких морщинах. Он философствует, не справляясь, слушаю ли я его, точно он говорит с морем:- Верный богу человек идет в рай. А который не служит богу и пророку? Может, он - вот в этой пене... И те серебряные пятна на воде, может, он же... кто знает?Темное, могуче размахнувшееся море светлеет, местами на нем появляются небрежно брошенные блики луны. Она уже выплыла из-за мохнатых вершин гор и теперь задумчиво льет свой свет на море, тихо вздыхающее ей навстречу, на берег и камень, у которого мы лежим.- Рагим!.. Расскажи сказку...- прошу я старика.- Зачем?- спрашивает Рагим, не оборачиваясь ко мне.- Так! Я люблю твои сказки.- Я тебе всё уж рассказал... Больше не знаю...Это он хочет, чтобы я попросил его. Я прошу.- Хочешь, я расскажу тебе песню?- соглашается Рагим.Я хочу слышать старую песню, и унылым речитативом, стараясь сохранить своеобразную мелодию песни, он рассказывает.I"Высоко в горы вполз Уж и лег там в сыром ущелье, свернувшись в узел и глядя в море."Высоко в небе сияло солнце, а горы зноем дышали в небо, и бились волны внизу о камень..."А по ущелью, во тьме и брызгах, поток стремился навстречу морю, гремя камнями..."Весь в белой пене, седой и сильный, он резал гору и падал в море, сердито воя."Вдруг в то ущелье, где Уж свернулся, пал с неба Сокол с разбитой грудью, в крови на перьях..."С коротким криком он пал на землю и бился грудью в бессильном гневе о твердый камень..."Уж испугался, отполз проворно, но скоро понял, что жизни птицы две-три минуты..."Подполз он ближе к разбитой птице, и прошипел он ей прямо в очи:"- Что, умираешь?"- Да, умираю!- ответил Сокол, вздохнув глубоко.- Я славно пожил!.. Я знаю счастье!.. Я храбро бился!.. Я видел небо... Ты не увидишь его так близко!.. Эх ты, бедняга!"- Ну что же - небо?- пустое место... Как мне там ползать? Мне здесь прекрасно... тепло и сыро!"Так Уж ответил свободной птице и усмехнулся в душе над нею за эти бредни."И так подумал: "летай иль ползай, конец известен: все в землю лягут, все прахом будет...""Но Сокол смелый вдруг встрепенулся, привстал немного и по ущелью повел очами..."Сквозь серый камень вода сочилась, и было душно в ущелье темном и пахло гнилью."И крикнул Сокол с тоской и болью, собрав все силы:"- О, если б в небо хоть раз подняться!.. Врага прижал бы я... к ранам груди и... захлебнулся б моей он кровью!.. О, счастье битвы!.."А Уж подумал: "Должно быть, в небе и в самом деле пожить приятно, коль он так стонет!..""И предложил он свободной птице: "А ты подвинься на край ущелья и вниз бросайся."Быть может, крылья тебя поднимут и поживешь ты еще немного в твоей стихии"."И дрогнул Сокол и, гордо крикнув, пошел к обрыву, скользя когтями по слизи камня."И подошел он, расправив крылья, вздохнул всей грудью, сверкнул очами и - вниз скатился."И сам, как камень, скользя по скалам, он быстро падал, ломая крылья, теряя перья..."Волна потока его схватила и, кровь омывши, одела в пену, умчала в море."А волны моря с печальным ревом о камень бились... И трупа птицы не видно было в морском пространстве...II"В ущелье лежа, Уж долго думал о смерти птицы, о страсти к небу."И вот взглянул он в ту даль, что вечно ласкает очи мечтой о счастье."- А что он видел, умерший Сокол, в пустыне этой без дна и края? Зачем такие, как он, умерши, смущают душу своей любовью к полетам в небо? Что им там ясно? А я ведь мог бы узнать все это, взлетевши в небо хоть ненадолго."Сказал и - сделал. В кольцо свернувшись, он прянул в воздух и узкой лентой блеснул на солнце."Рожденный ползать - летать не может!.. Забыв об этом, он пал на камни, но не убился, а рассмеялся..."- Так вот в чем прелесть полетов в небо! Она - в паденье!.. Смешные птицы! Земли не зная, на ней тоскуя, они стремятся высоко в небо и ищут жизни в пустыне знойной. Там только пусто. Там много света, но нет там пищи и нет опоры живому телу. Зачем же гордость? Зачем укоры? Затем, чтоб ею прикрыть безумство своих желаний и скрыть за ними свою негодность для дела жизни? Смешные птицы!.. Но не обманут теперь уж больше меня их речи! Я сам все знаю! Я - видел небо... Взлетел в него я, его измерил, познал паденье, но не разбился, а только крепче в себя я верю. Пусть те, что землю любить не могут, живут обманом. Я знаю правду. И их призывам я не поверю. Земли творенье - землей живу я."И он свернулся в клубок на камне, гордясь собою."Блестело море, все в ярком свете, и грозно волны о берег бились."В их львином реве гремела песня о гордой птице, дрожали скалы от их ударов, дрожало небо от грозной песни:"Безумству храбрых поем мы славу!"Безумство храбрых - вот мудрость жизни! О, смелый Сокол! В бою с врагами истек ты кровью... Но будет время - и капли крови твоей горячей, как искры, вспыхнут во мраке жизни и много смелых сердец зажгут безумной жаждой свободы, света!"Пускай ты умер!.. Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером, призывом гордым к свободе, к свету!"Безумству храбрых поем мы песню!.."______...Молчит опаловая даль моря, певуче плещут волны на песок, и я молчу, глядя в даль моря. На воде все больше серебряных пятен от лунных лучей... Наш котелок тихо закипает.Одна из волн игриво вскатывается на берег и, вызывающе шумя, ползет к голове Рагима.- Куда идешь?.. Пшла!- машет на нее Рагим рукой, и она покорно скатывается обратно в море.Мне нимало не смешна и не страшна выходка Рагима, одухотворяющего волны. Все кругом смотрит странно - живо, мягко, ласково. Море так внушительно спокойно, и чувствуется, что в свежем дыхании его на горы, еще не остывшие от дневного зноя, скрыто много мощной, сдержанной силы. По темно-синему небу золотым узором звезд написано нечто торжественное, чарующее душу, смущающее ум сладким ожиданием какого-то откровения.Все дремлет, но дремлет напряженно чутко, и кажется, что вот в следующую секунду все встрепенется и зазвучит в стройной гармонии неизъяснимо сладких звуков. Эти звуки расскажут про тайны мира, разъяснят их уму, а потом погасят его, как призрачный огонек, и увлекут с собой душу высоко в темно-синюю бездну, откуда навстречу ей трепетные узоры звезд тоже зазвучат дивной музыкой откровения...1895
 
0
Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный.То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он кричит, и - тучи слышат радость в смелом крике птицы.В этом крике - жажда бури! Силу гнева, пламя страсти и уверенность в победе слышат тучи в этом крике.Чайки стонут перед бурей,- стонут, мечутся над морем и на дно его готовы спрятать ужас свой пред бурей.И гагары тоже стонут,- им, гагарам, недоступно наслажденье битвой жизни: гром ударов их пугает.Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах... Только гордый Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!Все мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к высоте навстречу грому.Гром грохочет. В пене гнева стонут волны, с ветром споря. Вот охватывает ветер стаи волн объятьем крепким и бросает их с размаху в дикой злобе на утесы, разбивая в пыль и брызги изумрудные громады.Буревестник с криком реет, черной молнии подобный, как стрела пронзает тучи, пену волн крылом срывает.Вот он носится, как демон,- гордый, черный демон бури,- и смеется, и рыдает... Он над тучами смеется, он от радости рыдает!В гневе грома,- чуткий демон,- он давно усталость слышит, он уверен, что не скроют тучи солнца,- нет, не скроют!Ветер воет... Гром грохочет...Синим пламенем пылают стаи туч над бездной моря. Море ловит стрелы молний и в своей пучине гасит. Точно огненные змеи, вьются в море, исчезая, отраженья этих молний!- Буря! Скоро грянет буря!Это смелый Буревестник гордо реет между молний над ревущим гневно морем; то кричит пророк победы:- Пусть сильнее грянет буря!..1901
 
Из рассказа«Возвращение норманнов из Англии»...Вот как звучала она, руна битв, песнь о кровии железе, о смерти храбрых, о славе подвигов их,о счастье быть норманном и о любви к родине,—...вот как звучала песнь, в которой волки морячерпали мудрость для жизни и силу для подвигов.Мы рубились мечами в пятьдесят одной битве.Много пролито нами алой крови врагов!Мы на крыльях служили скоттам, бриттам обедню,Много мы положили в землю храбрых людей,И в чертоги Одина мы проводилиВ битвах с людом Эрина храбро павших норманн.Облеченные славой и с богатой добычей,От потехи кровавой мчимся мы отдыхать,Крики боли, проклятья позади нас остались,Ждут нас женщин объятия, ждут нас песни любви.Битвы, трупы, руины — позади нас остались.И — морей властелины — мы рабы впереди.Славой воинов горды, женщин ей мы оделим,И родные фиорды будут храбрых венчать.Дни пройдут, и норманны, молодые орлята,Снова ринутся в бой на Зеленый Эрин.Мы живем только в битвах, мы хотимтолько славы,Чтоб в Валгале с Одином было весело нам.Мы рубились мечами в пятьдесят одной битве,Много пролито нами алой крови врагов!
 
1Темная дорога ночью среди степи —Боже мой, о боже,— так страшна!Я одна на свете, сиротой росла я;Степь и солнце знают — я одна!Красные зарницы жгут ночное небо,—Страшно в синем небе маленькой луне!Господи! На счастье иль на злое гореСердце мое тоже все в огне?Больше я не в силах ждать того, что будет...Боже мой, как сладко дышат травы!О, скорей бы зорю тьма ночная скрыла.Боже, как лукавы мысли у меня...Буду я счастливой, — я цветы посею,Много их посею, всюду, где хочу!Боже мой, прости мне! Я сказать не смеюТо, на что надеюсь... Нет, я промолчу...Крепко знойным телом я к земле приникла,Не видна и звездам в жаркой тьме ночной.Кто там степью скачет на коне на белом?Боже мой, о боже! Это — он, за мной?Что ему скажу я, чем ему отвечу,Если остановит он белого коня?Господи, дай силу для приветной речи,Ласковому слову научи меня.Он промчался мимо встречу злым зарницам,Боже мой, о боже! Почему?Господи, пошли скорее серафима,Белой, вещей птицей вслед ему!2Ой, Мара!К тебе под оконцеПришел я недаром сегодня,Взгляни на меня, мое солнце,Я дам тебе, радость господня,Монисто и талеры, Мара!Ой, Мара!Пусть красные шрамыЛицо мое старое режут,—Верь — старые любят упрямоИ знают, как женщину нежить.Поверь сердцу старому, Мара!Ой, Мара!Ты знаешь,— быть может,Бог дал эту ночь мне последней,А завтра меня уничтожит,—Так пусть отслужу я обеднюСвятой красоте твоей, Мара!Ой, Мара!
 
0
В лесу над рекой жила фея,В реке она часто купалась;Но раз, позабыв осторожность,В рыбацкие сети попалась.Ее рыбаки испугались...Но был с ними юноша Марко;Схватил он красавицу-феюИ стал целовать ее жарко.А фея, как гибкая ветка,В могучих руках извивалась,Да в Марковы очи гляделаИ тихо чему-то смеялась...Весь день она Марко ласкала,А как только ночь наступила -Пропала веселая фея,-У Марко душа загрустила...И дни ходит Марко, и ночиВ лесу над рекою Дунаем,Все ищет, все стонет: "Где фея?"Но волны смеются: "Не знаем".Но он закричал им: "Вы лжете!Вы сами играете с нею!"И бросился юноша глупыйВ Дунай, чтоб найти свою феюКупается фея в Дунае,Как раньше до Марко купалась;А Марко уж нету... Но, все же,О Марко хоть песня осталась.. . . . . . . . . . . . . . .А вы на земле проживете,Как черви слепые живут:Ни сказок про вас не расскажут,Ни песен про вас не споют!1903
 
0
Убийственно тоскливы ночи финской осени. В саду - злой ведьмой шепчет дождь; он сыплется третьи сутки и, видимо, не перестанет завтра, не перестанет до зимы.Порывисто, как огромная издыхающая собака, воет ветер. Мокрую тьму пронзают лучи прожекторов; голубые холодные полосы призрачного света пронзает серый бисер дождевых капель. Тоска. И - люди ненавистны. Написал нечто подобное стихотворению.- Облаков изорванные клочьяГонят в небо желтую луну;Видно, снова этой жуткой ночьюЯ ни на минуту не усну.Ветвь сосны в окно мое стучится.Я лежу в постели, сам не свой,Бьется мое сердце словно птица,-Маленькая птица пред совой.Думы мои тяжко упрямы,Думы мои холодны, как лед.Черная лапа о рамуГлухо, точно в бубен, бьет.Гибкие, мохнатые змеи -Тени дрожат на полу,Трепетно вытягивают шеи,Прячутся проворно в углу.Сквозь стекла синие окнаСмотрю я в мутную пустыню,Как водяной с речного днаСквозь тяжесть вод, прозрачно синих.Гудит какой-то скорбный звук,Дрожит земля в холодной пытке,И злой тоски моей паукТкет в сердце черных мыслей нитки.Диск луны, уродливо изломан,Тонет в бездонной черной яме.В поле золотая соломаВспыхивает желтыми огнями.Комната наполнена мраком,Вот он исчез пред луной.Дьявол, вопросительным знаком,Молча встает предо мной.Что я тебе, Дьявол, отвечу?Да, мой разум онемел.Да, ты всю глупость человечьюЖарко разжечь сумел!Вот - вооруженными скотамиВсюду ощетинилась земляИ цветет кровавыми цветами,Злобу твою, Дьявол, веселя!Бешеные вопли, стоны,Ненависти дикий вой,Делателей трупов миллионы -Это ли не праздник твой?Сокрушая труд тысячелетий,Не щадя ни храма, ни дворца,Хлещут землю огненные плетиСтали, железа, свинца.Все, чем гордился разум,Что нам для счастия дано,Вихрем кровавым сразуВ прах и пыль обращено.На путях к свободе, счастью -Ненависти дымный яд.Чавкает кровавой пастьюСмерть, как безумная свинья.Как же мы потом жить будем?Что нам этот ужас принесет?Что теперь от ненависти к людямДушу мою спасет?
 
0
СказкаIПо деревне ехал царь с войны.Едет - черной злобой сердце точит.Слышит - за кустами бузиныДевушка хохочет.Грозно брови рыжие нахмуря,Царь ударил шпорами коня,Налетел на девушку, как буря,И кричит, доспехами звеня:"Ты чего,- кричит он зло и грубо,-Ты чего, девчонка, скалишь зубы?Одержал враг надо мной победу,Вся моя дружина перебита,В плен попала половина свиты,Я домой, за новой ратью еду,Я - твой царь, я в горе и обиде,-Каково мне глупый смех твой видеть?"Кофточку оправя на груди,Девушка ответила царю:"Отойди,- я с милым говорю!Батюшка, ты, лучше, отойди"._______Любишь, так уж тут не до царей,-Некогда беседовать с царями!Иногда любовь горит скорейТонкой свечки в жарком божьем храме._______Царь затрясся весь от дикой злости,Приказал своей покорной свите:"Ну-те-ко, в тюрьму девчонку бросьте,Или, лучше,- сразу удавите!"Исказив угодливые рожи,Бросились к девице, словно черти,Конюхи царевы и вельможи,-Предали девицу в руки Смерти.IIСмерть всегда злым демонам покорна,Но в тот день она была не в духе,-Ведь весной любви и жизни зернаНабухают даже в ней, старухе.Скучно век возиться с тухлым мясом,Истреблять в нем разные болезни;Скучно мерять время смертным часом -Хочется пожить побесполезней.Все, пред неизбежной с нею встречей,Ощущают только страх нелепый,-Надоел ей ужас человечий,Надоели похороны, склепы.Занята неблагодарным деломНа земле и грязной, и недужной.Делает она его умело,-Люди же считают Смерть ненужной.Ну, конечно, ей обидно это,Злит ее людское наше стадо,И, озлясь, сживает Смерть со светаИногда не тех, кого бы надо.Полюбить бы Сатану ей, что ли,Подышать бы вволю адским зноем,Зарыдать бы от любовной болиВместе с огнекудрым Сатаною!IIIДевушка стоит пред Смертью, смелоГрозного удара ожидая.Смерть бормочет,- жертву пожалела:"Ишь ты, ведь, какая молодая!Что ты нагрубила там царю?Я тебя за это уморю!"-"Не сердись,- ответила девица,-За што на меня тебе сердиться?Поцеловал меня впервые милыйПод кустом зеленой бузины,-До царя ли мне в ту пору было?Ну, а царь, на грех, бежит с войны,Я и говорю ему, царю,Отойди, мол, батюшка, отсюда!Хорошо, как будто, говорю,А - гляди-ко, вышло-то как худо!Что ж?! От Смерти некуда деваться.Видно, я умру, не долюбя.Смертушка! Душой прошу тебя -Дай ты мне еще поцеловаться!"Странны были Смерти речи эти,-Смерть об этом никогда не просят!Думает: "Чем буду жить на свете,Если люди целоваться бросят?"И на вешнем солнце кости грея,Смерть сказала, подманив змею:"Ну, ступай, целуйся, да - скорее!Ночь - твоя, а на заре - убью!"И на камень села,- ожидает,А змея ей жалом косу лижет.Девушка от счастия рыдает,Смерть ворчит: "Иди, скорей, иди же!IVВешним солнцем ласково согрета,Смерть разула стоптанные лапти,Прилегла на камень и - уснула.Нехороший сон приснился Смерти!Будто бы ее родитель, Каин,С правнуком своим - Искариотом,Дряхленькие оба лезут в гору,-Точно две змеи ползут тихонько."Господи!"- угрюмо стонет Каин,Глядя в небо тусклыми глазами."Господи!"- взывает злой Иуда,От земли очей не поднимая.Над горою, в облаке румяномВозлежит господь,- читает книгу:Звездами написана та книга,Млечный путь - один ее листочек.На верху горы стоит архангел,Снопик молний в белой ручке держит.Говорит он путникам сурово:"Прочь идите! Вас господьне примет!""Михаиле!- жалуется Каин,-Знаю я - велик мой грех пред миром!Я родил убийцу светлой Жизни,Я отец проклятой, подлой Смерти!"-"Михаиле!- говорит Иуда,-Знаю, что я Каина грешнее,Потому что предал подлой СмертиСветлое, как солнце, божье сердце!"И взывают оба они, в голос:"Михаиле! Пусть господь хоть словоСкажет нам, хоть только пожалеет -Ведь прощенья мы уже не молим!"Тихо отвечает им архангел:"Трижды говорил ему я это,Дважды ничего он не сказал мне,В третий раз, качнув главою, молвил:"Знай,- доколе Смерть живое губит,Каину с Иудой нет прощенья.Пусть их тот простит, чья сила можетПобороть навеки силу Смерти".Тут Братоубийца и ПредательГорестно завыли, зарыдалиИ, обнявшись, оба покатилисьВ смрадное болото под горою.А в болоте бесятся, ликуя,Упыри, кикиморы и чертиИ плюют на Каина с ИудойСиними, болотными огнями.VСмерть проснулась около полудня,Смотрит,- а девица не пришла!Смерть бормочет сонно: "Ишь ты, блудня!Видно ночь-то коротка была!"Сорвала подсолнух за плетнем.Нюхает, любуется, как солнцеЗолотит живым своим огнемЛист осины в желтые червонцы.И на солнце глядя, вдруг запелаТихо и гнусаво, как умела:"Беспощадною рукойЛюди ближнего убьютИ хоронят. И поют:"Со святыми упокой!"Не пойму я ничего!-Деспот бьет людей и гонит,А издохнет - и егоС той же песенкой хоронят!Честный помер или вор -С одинаковой тоскойРаспевает грустный хор:"Со святыми упокой!"Дурака, скота иль хамаЯ убью моей рукой,Но для всех поют упрямо:"Со святыми упокой!"VIСпела песню - начинает злиться,Уж прошло гораздо больше суток,А - не возвращается девица.Это - плохо. Смерти - не до шуток.Становясь все злее и жесточе,Смерть обула лапти и онучиИ, едва дождавшись лунной ночи,В путь идет, грозней осенней тучи.Час прошла и видит: в перелеске,Под росистой молодой орешнейНа траве атласной, в лунном блескеДевушка сидит богиней вешней.Как земля гола весною ранней.Грудь ее обнажена бесстыдно.И на коже шелковистой, ланьейЗвезды поцелуев ярко видны.Два соска, как звезды, красят грудь,И - как звезды - кротко смотрят очиВ небеса, на светлый Млечный путь,На тропу синеволосой ночи.Под глазами голубые тени,Точно рана - губы влажно алы.Положив ей голову в колени,Дремлет парень, как олень усталый.Смерть глядит, и тихо пламя гневаГаснет в ее черепе пустом."Ты чего же это, словно Ева,Спряталась от бога за кустом?"Точно небом - лунно-звездным теломМилого от Смерти заслоня,Отвечает ей девица смело:"Погоди-ка, не ругай меня!Не шуми, не испугай беднягу,Острою косою не звени!Я сейчас приду, в могилу лягу.А его - подольше сохрани!Виновата, не пришла я к сроку,Думала - до Смерти недалеко.Дай еще парнишку обниму:Больно хорошо со мной ему!Да и он - хорош! Ты погляди,Вон какие он оставил знакиНа щеках моих и на груди.Вишь, цветут, как огненные маки!"Смерть стыдясь тихонько засмеялась:"Да, ты будто с солнцем целовалась.Но - ведь у меня ты не одна,-Тысячи я убивать должна!Я ведь честно времени служу,Дела - много, а уж я - стара,Каждою минутой дорожу,Собирайся, девушка, пора!"Девушка - свое:"Обнимет милый,Ни земли, ни неба больше нет.И душа полна нездешней силой,И горит в душе нездешний свет.Нету больше страха пред СудьбойИ ни бога, ни людей не надо!Как дитя - собою радость рада,И любовь любуется собой".Смерть молчит задумчиво и строго,Видит - не прервать ей этой песни!Краше солнца - нету в мире бога,Нет огня - огня любви чудесней!VIIСмерть молчит, а девушкины речиЗависти огнем ей кости плавят,В жар и холод властно ее мечут,Что же сердце Смерти миру явит?Смерть - не мать, но - женщина, и в нейСердце тоже разума сильней;В темном сердце Смерти есть росткиЖалости и гнева, и тоски.Тем, кого она полюбит крепче,Кто ужален в душу злой тоскою,Как она любовно ночью шепчетО великой радости покоя!"Что ж,- сказала Смерть,-пусть будет чудо!Разрешаю я тебе - живи!Только я с тобою рядом буду,Вечно буду около Любви!"_________С той поры Любовь и Смерть, как сестры,Ходят неразлучно до сего дня,За любовью Смерть с косою остройТащится повсюду, точно сводня.Ходит, околдована сестрою,И везде - на свадьбе и на тризнеНеустанно, неуклонно строитРадости Любви и счастье Жизни.
 
Знойно. Тихо... Чудный вид!Там, далеко,- море спит,С берегов же в волны палиТени тонких миндалей,И чинары в них купалиЗелень пышную ветвей;И в прибрежной белой пене,Как улыбка эти тени -Как улыбка старых гор,Чьи угрюмые вершиныВознеслись туда, в пустынный,Голубой простор,Где суровый их гранитОт земли туманом скрыт.Важно, молча и суровоВ бархат неба голубогоСмотрят главы старых гор,Сизой дымкою объяты.И пугают мысль и взорИх крутые к морю скаты.Им в дали небес не слышныВздохи волн и пены пышной -Этот стройный плеск и шум,Полный нежной, сладкой ложью,Шум, притекший к их подножью,Чтоб нарушить мир их дум.Но безмолвны и угрюмыСхоронили скалы думыГлубоко в гранит сырой.И одеты облакамиТак стоят они веками,Тешась шумной волн игрой.В мягком пухе нежной пеныВолны скалам, как сирены,Что-то нежно так поют,Но в ответ на них набегиТайн суровые ковчегиНичего им не дают:Ни намека, ни полслова,Ничего из тайн былого...Между камня выползалиПолусонные кустыРоз, жасминов и азалий,И кадили их цветыДушной, сочною истомойНебесам, объятым дремой,Морю, серым грудам скал,На которых чинно в рядСели чайки и следят:Не дарит ли их тот вал,Что пришел из дали зыбкой,Золотистой вкусной рыбкой?Но седой, на эти грудыНабегая,- им дарилТолько брызги - изумруды,И о чем-то говорил...И, взмахнувши гребнем белым,Вновь бросал движеньем смелымРазноцветных брызг каскад.А ему с вершины горнойЛысый гриф свой крик задорныйВниз кидал... И вал назадУходил, кипя сердито,О твердыни скал разбитый.Моря даль покрыта соннойДымкой нежного опала.Глубиной своей бездоннойВ волны небо там упалоИ смешалось с ними странно.Мягко эти два титана,Оба полны южным зноем,Грудь на грудь друг другу пали,Обнялись, слились - и спали.И не видным глазу роемТам, по светлой синей выси,Надо мной в ту даль неслисяГрез гирлянды...В чудном снеСам я жил,- казалось мне...
 
0
украшенная различными сентенциями,среди которых есть весьма забавныеИзвестно ли Вам, о мой друг, что в БретаниНет лучше - хоть камни спроси!-Нет лучше средь божьих созданийГрафини Эллен де Курси?Все, что творится в мире,Мы видеть и слышать должны,Для этого нам добрым богомГлаза и уши даны.Из замка она выплывает, как лебедь,К подъемному мосту идет.Солнце смеется в небе.Нищий стоит у ворот.Но если случится - излишнеОстер и зорок глаз,Тогда это значит - ВсевышнийХочет помучить нас.Влюбленные очи поднять не дерзая,За ней юный паж по следам,А также собака борзая -Любимица доброй madame.Мы знаем - не редко собакаЛюбимого друга честней,И приятно любить собаку -Никто не ревнует к ней!Скажу Вам, что нищий был молод и строенИ - был он слеп, как поэт.Но - разве слепой не достоинВнимания дамы,- нет?Слепой завидует зрячим.О, если б он знал, сколько мыВ душе нашей тайно прячемТяжелой и страшной тьмы!Вздрогнуло сердце графини, в которомЛюбовь обитала всегда,Бретонка окинула нищего взором:"Достоин внимания, да!"У всех есть мысли сердца,-У льва, у тебя, у змеи.Но - кто эти мысли знает?И - знаешь ли ты свои?И вот говорит она нищему: "Слушай!С тобою - графиня Эллен!Мне жаль твою темную душу.Чем я облегчу ее плен?"Когда ты почувствуешь в сердцеИзбыток меда иль яда,Отдай его ближним скорее -Зачем тебе лишнее надо?Madame,- отвечает ей нищий покорно,-Моя дорогая madameВсе дни моей жизни чернойЗа Ваш поцелуй я отдам!"О правде красивой тоскуя,Так жадно душой ее ждешь,Что любишь безумно, как правду,Тобой же рожденную ложь."Мой маленький, ты отвернись немного,-Сказала графиня пажу,-Для славы доброго богаЯ скромность мою не щажу!"Как всё - и женщина тожеИгрушка в божьих руках!Подумаем лучше о детях,О ласточках, о мотыльках.Слепой обнимает стан гордой графини,Устами прижался к устам,Туманится взор ее синий,Сгибается тонкий стан.Друзья! Да здравствует счастье!Что ж,- пусть его жизнь только миг!Но мудрости в счастье больше,Чем в сотне толстых книг.Тут гордость графини вдруг страсть одолела.Румяней вечерней зари,Бретонка пажу повелела:"Этьен, о дитя, не смотри!"Враги наши - чорт и случай -Всегда побеждают нас,И так ты себя не мучай -Греха неизбежен час!Потом, поднимаясь с земли утомленно,"Убей"- приказала пажу.И радостно мальчик влюбленныйДал волю руке и ножу.Кто пьет из единой чашиЛюбовь и ревность вместе,-Тот неизбежно выпьетКрасный напиток мести.Вот, влажные губы платком стирая,Графиня сказала Христу:"Тебе, повелитель рая,Дала я мою чистоту!"О том, куда ветер дует,Нам честно былинка скажет,Но то, чего женщина хочет -Сам бог не знает даже!А мальчика нежно и кротко спросила:"Не правда ли, как я добра?О чем же ты плачешь, милый?Идем, нам домой пора!"Любовь возникает, как пламя,И мы, сгорая в нем,Чудесно становимся самиПрекрасным и ярким огнем.Он ей не ответил, он только беретомСмахнул капли слез со щек,Но тяжкого вздоха при этомЭтьен удержать не мог.Мы щедро жизнь одаряем!Ведь каждый в нее принесНемножко веселого смехаИ полное сердце слез.Нахмурила черные брови бретонкаИ, злые сдержав слова,Сбросила с моста ребенкаВ зеленую воду рва.Если мы строго осудимВсех, кто достоин кары,-Мы счастливей не будем,Но - опустеет мир старый!И вновь свои гордые, синие очиЭллен в небеса подняла,"Будь мне судьею, отче,Будь добр, как я была!"Мы знаем: грехи красоток -Не больше, как милые шутки.А бог - так добр и кроток,А он такой мягкий и чуткий!Ночью графиня, позвав аббата,Рассказала грехи свои.И были с души ее снятыГрехи за пятнадцать луи.Все, что творится в мире,Мы видеть и слышать должны,Для этого нам добрым богомГлаза и уши даны.Все это для мира осталось бы тайной,Не знал бы об этом свет,Но - в лепту попало случайноДевять фальшивых монет.Но если бывает - излишнеОстер и зорок глаз,Тогда это значит - ВсевышнийХочет помучить нас.И вот, раздавая их бедным вилланам,Монах позлословить рад -Нескромность его и дала намОдну из прекрасных баллад.Мучительны сердца скорби,-И часто помочь ему нечем,-Тогда мы забавной шуткойБоль сердца успешно лечим!
 
0