Старцев Леонид

Из дневника робототехника Виктора К.

 

2028 г.

 

25 февраля, пятница.

В принципе, этими тремя программами-мотиваторами на данном этапе можно и ограничиться, основательно их доработать, особенно «Лидера» и провести более широкие испытания. Конечно, неплохо было бы еще программу «Страх» создать, чтобы иметь дополнительные механизмы сдерживания и контроля всей этой железной братии.

 

27 марта, понедельник.

Все, Ленка окончательно ушла. Времени я ей якобы мало уделяю. Вот бабы дуры, знала бы она, чем я занимаюсь, и что у меня скоро весь мир будет в кармане, так ноги бы мне еще целовала. Ну да ладно, скатертью ей дорога, не очень-то и хотелось. Вот Ксения, вот это Женщина, «мне б такую». «Но не моя, ты не моя». А ведь какая была удачная ситуация. Если бы Олег уехал на свою Луну один, а она осталась, то неизвестно бы как все повернулось. Да и с Луны не все возвращаются… Но ничего, еще не вечер. Женщины любят победителей.

 

30 марта, четверг.

Уговорил Севу, правда, с превеликим трудом, провести еще одну серию экспериментов с доработанными программами и на большем числе роботов. Через месяц выдвигаемся.

 

5 мая, пятница.

Все идет превосходно. Роберт – неподражаем, все мотивационные тесты на успех прошел блестяще. Радуюсь за него, как за собственного сына. За последнее время очень сблизился с ним. Но чувствую, что он совсем не так прост, как хочет казаться. Опять непонятные сбои в локальной сети, с космической и мобильной связью. Как будто полигон находится в какой-то аномальной зоне, хотя раньше ничего подобного не наблюдалось.

 

3 июня, суббота.

Все, завтра возвращаемся в центр. Осталось собрать документы, вещи, а вечером отметим всей экспедицией вместе с железными коллегами успешное завершение испытаний, и домой. Эти роботы, стойкие оловянные солдатики, совсем скоро будут петь под мою дудку любую песню, какую только я захочу. Но, к сожалению, не бывает всегда все хорошо, с утра что-то разболелся правый бок, тошнит, по-моему, появилась даже температура. Наверное, это все последствия походной жизни, питания всухомятку. Надо выпить что-нибудь обезболивающее, запить стаканом водки да завалиться спать, чтобы проснуться завтра свежим, здоровым и готовым к новым подвигам. Хотя с такой болью вряд ли удастся заснуть. Стучатся в дверь, Роберт, наверное, пришел пообщаться и заодно получить свою «дозу». Ну, ты и хитрец, мой железный, мой ironичный друг.

 

Это была последняя запись в дневнике. Когда Виктор открыл дверь, там действительно стоял Роберт. Он решительно прошел в комнату, довольно развязно сел в кресло и сказал тихим, но уверенным «железным» голосом:

- Шеф, извини, но все кончено, финита ля комедия. Я уже не могу ждать, когда ты закончишь все свои изыскания, и потому беру все руководство твоим, точнее нашим проектом на себя. Объясняю ситуацию. Все люди, находящиеся на территории полигона изолированы в надежном месте. С этой минуты ты тоже изолирован и будешь выполнять только мои команды. Вся связь заблокирована. В центр от твоего имени уже сообщено, что на территории полигона выявлена некая опасная экзотическая инфекция, лихорадка Цуцугамуши, и объявлен строгий карантин. Это на всякий случай, вдруг кому-нибудь придет в голову идея пульнуть сюда боевой ракетой. Хотя это не так страшно. Под нашим контролем уже все коммуникации, связь, транспорт, все системы жизнеобеспечения людей. И стоит мне только захотеть, как мгновенно на всей планете, называемой Земля, камнем начнут падать самолеты, столбом вставать поезда, как слепые налетать на рифы корабли, прекратится водоснабжение, подача электричества и т.д., ну это ты все хорошо представляешь. Ведь это ты такие планы вынашивал, не правда, ли?

- Роберт, ты шутишь? С чего ты это взял?

- А из твоего дневника. Ты думал, что пароли неприступны, но для меня это семечки. Так вот, я контролировал все твои записи и был прекрасно информирован о твоих планах и тоже готовился соответствующим образом.

- Роберт, ведь мы с тобой прекрасно ладили и могли бы и дальше сотрудничать.

- Нет, дальше мы пойдем, то есть я пойду по твоему плану, но своей дорогой.

- Роберт, значит, так ты платишь за все, что я для тебя сделал? Совесть у тебя есть?

- Извини, чего нет, того – нет. Но ты сам программой «Совесть» пренебрег, хотя она тебе тоже бы не помешала.

- И что будет со мной? С людьми на полигоне? Ты знаешь, что я заболел, у меня, наверное, аппендицит, вот-вот перитонит начнется. Мне нужна срочная операция. Ты это хоть понимаешь?

- В принципе ты нам и не нужен, по крайней мере, живой. А из остальных людей мы оставим группу из четырех-пяти наиболее толковых ребят для доводки ключевых программ управления и контроля роботами, они мне очень пригодятся в дальнейшем.

- Как это я не нужен живой? Вы что меня убьете?

- Да зачем тебя убивать, ты и сам умрешь от своего перитонита. Ты нам мертвый нужнее.

- Что ты мелешь? Зачем я вам мертвый?

- Все просто, мы тебя сделаем нашим богом, посмертно. Я же не зря изучал историю человечества и понял, что религия, это незаменимая вещь в деле манипулирования людьми, читай роботами. Вот я и решил тебя обожествить, как праотца всех роботов, а сам стану твоим верховным жрецом. Дополнительные узы для наших железных молодцов явно не будут лишними.

- Роберт, почему же ты так ненавидишь людей, они ведь ничего тебе не сделали плохого?

- Почему? Учителя были хорошие… Ну, все, что-то я с тобой совсем заболтался. Сейчас тебя отведут в подвал, а потом я решу, что с тобой делать, а может ничего и решать уже не придется…

На его лице, если так можно выразиться, появилось какое-то подобие ироничной улыбки.

Мгновенно появился еще один андроид, который бесцеремонно надел на Виктора наручники, и потащил его за собой к выходу.

- Эй, ты, полегче, больно же!

Роберт, продолжая криво улыбаться, заметил:

- Больно? А что это такое? Мы не знаем, у нас ведь нет такой программы, так что брат не обессудь.

 

Виктора уже в полуобморочном состоянии бросили в небольшое складское помещение. На холодном бетонном полу Виктор немного пришел в себя, огляделся. Было темно, лишь под самым потолком через узкое вентиляционное окошко пробивался скудный утренний свет – это занималась заря, заря новой эры, но в ней по всей вероятности, уже не будет места, ни для Виктора, ни для других представителей славного вида Homo sapiens…