- Любава

Неделя раздумий, мучительного поиска ответа на вопросы и принятия СВОЕГО  решения…

Это сложно, это, в некоторой степени, даже невозможно. Слишком хрупкая сейчас грань между добром и злом, между правдой и ложью, и  слишком неопределённое будущее у моей Родины. 

Я хочу верить, что будущее есть и оно будет светлым.

И что всё, что ни делается - всё к лучшему...

Сейчас белорусам нельзя быть просто наблюдателем за происходящим, не те «выборы».

Всю неделю проходили протесты, а в воскресенье митинги были многотысячные, даже в традиционно «спальных» районах Беларуси выходили люди.

Все они «зомби», «оболваненные» , «проплаченные», как представляют их официально ?

Нет! Тысячу раз нет! 

Платят как раз тем, кто за организацию «Я бацька!» ,   так было предложено ( на полном серьёзе) назвать малочисленное  движение за президента, предложено теми, кто не знает белорусского языка, из этого получился уморительный мем, который стремительно стал популярным.

 

От университета до квартиры мне нужно проехать  на метро две остановки. В среду  2 сентября вышла  на переход и буквально остолбенела —  рядом со станцией флэшмоб.

Мелом очерченный прямоугольник, в нём люди с фотографиями людей, прошедших пытки и плакаты: «Нас в шестиместной камере — 64 человека», «Нам за двое суток  дали бутылку воды и буханку хлеба», «Нас били несколько часов подряд и требовали громко кричать «Я люблю омон»»… 

Их было много, таких плакатов ; тема одна — пытки. 

Я знала об этом. 10 августа мой папа помогал «выцарапывать» девочку из нашего города, с её родителями ездил за ней в Минск, к счастью нашли живую, но в больнице.  Она не принимала участия ни в каких манифестациях, она искала квартиру, потому что поступила учиться. Перевезли её домой, в нашу больницу и я попробовала поставить себя на её место. Было ощущение ужаса, когда я только попробовала соприкоснуться с её рассказом, пересказать его своими чувствами,  (он ниже, в дневнике). Смогла бы я пережить такое? Не знаю, но думаю, что нет. А министр Караев говорит, что « власть троллят синяками»...

 

В четверг, 3 сентября  занятия в универе  даже не начались. В МГЛУ ворвались омоновцы и жёстко арестовали пятерых студентов, (одного парня даже за волосы тащили в зак). Вся их вина в том, что они на французском в фойе университета пели Марсельезу. Об этом стало известно в других университетах, и в нашем тоже, и стихийно началось шествие.

Я обещала папе никуда не ходить и сидела в библиотеке, но заниматься, даже здесь, невозможно. Студенты собирались группами, обсуждали произошедшее, ну какая  учёба ? Немножко обрадовала рецензия на моей летней практической работе в Несвиже : —  «Неординарно,  интересно, отлично».

 

В пятницу, 4 сентября, разговаривали с преподавателями, никто из них не отказался заниматься дистанционно с желающими, «пока не закончится этот зверинец с арестами», (это слова одного из преподов). 

Новости более, чем странные. По фотографиях в интернете увольняют с работы людей, под раздачу попадают многие, попала и моя любимица, спортсменка- триатлонистка Валя Зеленкевич. Её, титулованную спортсменку,  уволили за фото с бел-красно-белым флагом. Но она тут же получила приглашения сразу в три сборные за рубежом. Поедет в Норвегию. Кроме неё (по официальным данным), более ста человек уже за кордоном, все они в возрасте до 35-лет. Много студентов, для некоторых это иногда единственная возможность попасть учиться за границу и они её используют.

Кто проигрывает, а кто выигрывает в этой ситуации ? Проигрывает прежде всего Беларусь!

 

Я тоже решила  уехать.  Другого выхода нет. Мне тревожно и даже страшно оставить свою семью, всех, кого я люблю, оставить эти места, где я родилась и выросла. Но ведь это не навсегда ?! Я вернусь домой, обязательно!

В воскресенье прощалась с друзьями. Мы просидели несколько часов, парни читали рэп, веселились и смеялись, плакали ( девчонки), и вечером папа увёз меня домой. Билет на 16 сентября мне уже взяли. 

Что меня ждёт… я не знаю, но надеюсь, что я не ошиблась.