Dr.Aeditumus

Фильм Мартина Скорсезе «МОЛЧАНИЕ»

 

Фабула фильма проста как гвоздь. XVII век, Папский Престол (как всегда) одержим идеей прозелитизма и рассылает своих легатов (в древнем, исходном смысле слова: наследников, передающих определенному лицу часть наследства) распространять власть Рима до крайних пределов Ойкумены, а заодно проповедовать Евангелие всей твари (Мк. 16:15).

 

Пара горящих фанатичной верой молодых священников едут в Японию нести Свет Истины сидящим во тьме дикарям. А поводом для экспедиции является их горячее желание опровергнуть слухи об отступничестве их Наставника. Декорации средневековой Японии нам, искушённым зрителям, хорошо знакомы, и это не главное, это всего лишь специфическая атмосфера основной коллизии фильма, которой отнюдь не является жестокое противостояние адептов традиционной религии носителям иной веры, но борьба верующей души, искушаемой человеческой слабостью и дефицитом (в ней самой) подлинной, Евангельской любви.

 

Скорсезе, непонятый в «Последнем искушении», в котором он говорит о выхолащивании веры очеловечиванием Сына Божия, об упразднении Искупительной Жертвы любым другим финалом Евангелия, кроме смерти Спасителя на Кресте, «опускает планку» отречения до уровня всего лишь человеческого, до испытания силы духа рядового верующего и его предстоятеля, священника.

 

Для меня лично интерес к фильму заключён в сравнении православной духовности с католическим психологизмом, которые являются приоритетными тональностями этих смежных конфессий. Преимущества первой для нашего менталитета, я полагаю, очевидны (по крайней мере для тех, кто знаком с учением Святых Отцов, а также с житийной и аскетической литературой). А если нет, рекомендую ознакомиться с житием Святителя Николая Японского (а заодно св. Петра Алеутского, здесь тоже фигурируют иезуиты).

 

Непререкаемый авторитет Папы автоматически переносится католическим сознанием и на своего непосредственного Наставника. Пример этому мы имеем в учениках отца Феррейры. И это вопреки словам Писания: «не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос, Мат.23:8-10», - говорит Господь И поэтому результатом проповеди в среде японских язычников становится их искажённая вера, они идут за личностью проповедника, любовь Христа им так и остаётся чуждой, а Его Самого они отождествляют с Солнцем, явлением природным, вещественным, видимым. И это не суть нечто новое для христианства, ибо ещё апостол Павел предостерегал пастырей от подмены Личности Истинной собственной персоной (авторитетом проповедника), любви Божественной – любовью только лишь человеческой, "ибо мы не себя проповедуем, но Христа Иисуса, Господа", 2Кор.4:5. Именно об этом и толкует отступник Феррейра в конце фильма, утешаясь тем, что последнее слово остаётся за Судиёй Праведным, хотя Павел и говорит, что это «страшное ожидание Суда, Евр.10:27» уже не есть жизнь по вере.

 

Фиаско священников-отступников коренится не в их человеческой слабости, ибо она у всех нас общая, а в догматических ошибках, породивших пороки в практической жизни по вере и в опыте духовно-молитвенном. Чрезмерная экзальтация, направленность на прямое общение с Богом, желание иметь Его непосредственное руководство – симптомы неосознанно культивируемой гордыни, мол, Заповеди – это для всех, а Я достоин живого богообщения. И тайное тщеславие, питаемое поклонением новообращённых. А ведь это забитые крестьяне, которые в жизни не видывали человеческого к ним отношения, они бы стали ноги целовать любому, кто с ними разговаривает не как с собакой.

 

Поэтому в постоянной рефлексии главного персонажа образцом для его собственных чувств, мыслей и действий становится Господь, Который вообще-то Непостижимый Бог, а то, что человеку постижимо, Он дал в Заповеди Любви. И этого достаточно, ибо Богу – Богово а кесарю – кесарево. А когда шапка не по Сеньке и хомут выше сил, то и пуп можно надорвать. Но в общем-то и этот надрыв - тоже путь самопознания, а значит и смирения. К чему в итоге и приходят все наши герои. Кому по силам умереть за Христа, принимает венцы мученичества, кто в силах пожертвовать собой за ближнего, поднимает этот крест. А кто находит в себе грех Иуды, тому дай Бог не пасть в бездну отчаяния и во смирении и надежде пить горькую чащу покаяния, отвергнув сатанинское искушение петлёй.

 

Трудный фильм для привыкших к быстрой смене картинки на экране, к экшену и адреналину. Здесь «адреналин» другого рода, созерцательный, эмпатический, самоаналитический. Заглянуть в свою душу через сопереживание, отождествление себя с героем, погружающимся в бездну собственной души, мнящей о себе нечто иное, чем оказалось в реальности, при столкновении с непосильными испытаниями.

 

Фильм достойный вдумчивого просмотра, но на повторное искушение своей совести подобными средствами я ещё не скоро буду готов.

 

Рекомендую всем. Хуже не будет, а выработке философского мiровоззрения способствует.