Новиков Олег
Лесная перепись
23 мар в 10:19
После обеда, сосновый бор, санаторная тропа.
Олег с журналом «Беларусь» уселся на скамейку, Таня ушла изучать местную флору.
— Олег! Иди сюда! — донеслось из кустов.
Олег нехотя поднялся. Таня стояла на коленях перед огромным муравейником, над которым гордо возвышалась табличка:
МУРАВЕЙНИК
По списку — 7986
Отпуск — 345
Больные — 79
На работе — 7179
Учёба — 112
В декретном отпуске — 8
— Ты представляешь? — зашептала Таня, не отрывая восторженного взгляда. — У них учёт! Декрет! Больничные! А мы даже дома не можем понять, где, и в какой комнате, что валяется.
Олег склонился над табличкой, почесал затылок.
— Странно, — сказал он задумчиво. — Я тут восемь муравьёв в декрете прочитал, а где коляски, пёлёнки-распашонки, подсыхающие на верёвках ?
— Олег! — возмутилась Таня. — Они ж маленькие!
— Ага, — кивнул он. — И отпускников триста сорок пять. Интересно, они путёвки в этот же санаторий берут или за границу летают отдыхать?
Таня обиженно замолчала, разглядывая снующих насекомых. Потом её глаза сузились.
— А давай пересчитаем? — азартно предложила она.
— Что пересчитаем?
— Муравьёв! Сверим с табличкой. Вдруг там ошибка?
Олег посмотрел на муравейник, потом на Таню, потом на свои часы, потом обречённо в небо.
— Тань, там семь тысяч девятьсот восемьдесят шесть штук. Ты предлагаешь каждого пересчитать?
— А что такого? — она уже встала на четвереньки и приблизила лицо к муравьиному трафику. — Я быстро.
— Ты хоть знаешь, как они выглядят? Они же все одинаковые, как китайцы в Харбине!
— Ну и что! — Таня вытянула указательный палец и начала водить им над бегущей колонной. — Раз… два… Олег, не сбивай! Три… четыре… Ой, этот уже был! Пять… Нет, это вон тот, который с дохлой мухой. Шесть… Семь…
Олег наблюдал, как его любимая женщина ползает вокруг муравейником с выражением бухгалтера, проверяющего годовую отчётность.
— Таня, — осторожно сказал он, — может, не надо?
— Восемь… Девять… А ну цыц! — прикрикнула она на особо резвого муравья, который свернул не туда. — Десять… Одиннадцать… Слушай, они как-то очень быстро бегают. И все в разные стороны. Как их считать?
— Никак, — резонно заметил Олег. — Это не муравьи, это броуновское движение в чёрных штанах.
— А может, у них смена? — не унималась Таня. — Смотри, одни выбегают, другие забегают. Если считать только тех, кто выбегает, то это же текучка кадров! А если кто забегает два раза подряд — это уже прогульщик!
— Таня, — Олег присел рядом, — давай я тебе формулу выведу. Пусть Х — это количество муравьёв на входе, У — на выходе, а Z — это те, кто бегает по кругу и делает вид, что работает. Тогда…
— Олег! — перебила она. — Я серьёзно! Вдруг там в табличке всё врут? А на самом деле у них дефицит кадров? Или наоборот, лишние муравьи болтаются без дела!
— А если лишние, то что? — ухмыльнулся Олег.
— То их надо сокращать! — твёрдо заявила Таня, поднимая указательный палец. — Как в любой уважающей себя организации!
Олег засмеялся и присел на траву.
— Ты сейчас начнёшь им приказы зачитывать. «Муравей Сидоров, вам выговор за невыполнение плана по сбору хвои! Муравьиха Петрова, почему норму по гусеницам не сдаёте?»
— А что? — Таня гордо вздёрнула подбородок. — Если они табличку повесили, значит, должны отчитываться. Я вот сейчас возьму и пересчитаю всех, кто в отпуске. Где у них тут пляж?
— У них, наверное, пляж под сосной номер три, — Олег кивнул в сторону. — Лежаки из коры, коктейли из тли, аниматор — кузнечик с гитарой.
Таня мечтательно закатила глаза.
— А больные где лежат? В лазарете? С температурой? Им, наверное, градусники под крылья ставят.
— И уколы делают, — подхватил Олег. — Маленькими иголочками от ёлки. Медсестра — божья коровка, халатик в горошек.
— А в декрете они как? — Таня подперла щёку рукой. — С колясками? С пелёнками? Или у них яйца в специальном инкубаторе?
— Таня, — Олег изобразил суровое выражение лица, — ты сейчас напишешь диссертацию «Социальная структура муравьиного общества в условиях санаторно-курортного лечения». Защитишься — и тебя в штат возьмут. С табличкой.
— А тебя? — она кокетливо стрельнула глазами.
— А я в отпуске, — он потянул её за руку. — Триста сорок шестым.
Таня упала на него, смеясь.
— Пусти! Я ещё не закончила перепись!
— Закончила, — он прижал её к себе. — Я тут уже всё подсчитал. По моим данным, лишних двое.
— Это кто?
— Мы с тобой, — он поцеловал её в нос. — Потому что мы тут единственные, кто не бегает туда-сюда, не таскает хвоинки и не сдаёт нормы по гусеницам.
— А что мы делаем? — спросила Таня, уже не сопротивляясь.
— А мы, — он обнял ее крепче, — мы ведём разведывательную деятельность. Изучаем местную флору и фауну. Тактильно.
— А перепись?
— Перепись отменяется, — прошептал он, проводя пальцами по её животу. — У них всё сходится. У них порядок. У них даже в декрете порядок.
— А у нас? — выдохнула она.
— А у нас, — он скользнул губами по её шее, — у нас сейчас будет внеплановая проверка. По личному составу. С пристрастием.
— Олег! — Таня уже смеялась, но её пальцы, как пальцы пианистки, пробежали по спине любимого. — А муравьи? Они же смотрят!
— Пусть смотрят, — отозвался он. — Им полезно. Знать будут, как работать после обеда. Увидят — может, тоже захотят в отпуск.
— Или в декрет, — прошептала Таня, притягивая его за шею.
— Или в декрет, — согласился он, накрывая её губы поцелуем.
Из муравейника высыпала целая колонна, замерла, повернула головы и дружно задвинула входную щепку.
Но Олег с Таней уже ничего не видели. Они проводили собственную перепись — самую важную, самую смешную, самую сбивающую дыхание. И в ней всегда было только двое. Без табличек. Без списков. Без отчётности.
Отзывы
Kaibē23.03.2026
Юмор прелесть! И после юмора тем более)
Новиков Олег23.03.2026
Kaibē, сразу фото не прекрепилось)
100% правда. Ну, или почти правда...)
Почитайте стихи автора
Наиболее популярные стихи на поэмбуке
