Салита Михаил

ПСАЛМЫ ДАВИДА: СВЯЗЬ ПОКОЛЕНИЙ И ВОЗВРАЩЕНИЕ ДУШИ

 

Автор: раввин Михаил Салита

 

Есть тексты, которые пишутся чернилами, а есть тексты, которые будто высечены светом — словно те древние знаки, которые, по словам наших мудрецов, Всевышний выводил белым огнём по чёрному огню. Тегилим — Псалмы Давида — принадлежат именно к этому второму миру: к миру слов, которые не стареют, не тускнеют и не теряют силы. Уже три тысячи лет они живут среди нас так, словно были написаны вчера, хотя их сила — не от вчерашнего дня, а от самой вечности.

 

И пока вокруг них поднимались и рушились империи, исчезали языки, сменялись эпохи, пока земля проходила через войны, изгнания, холокост и гонения, — Псалмы Давида оставались живыми. Их пели пастухи. Их несли пророки. Их открывали мудрецы. Их читают матери, солдаты, больные, старики и дети. Ни один текст мира не смог занять их место, потому что в Тегилим присутствует то, что не создаёт человек: искра Божия, дыхание Шхины, живое присутствие Тайны.

 

Когда-то Псалмы сопровождали почти каждого еврея — естественно, как воздух. Но XX век сделал всё возможное, чтобы разорвать эту связь. Советский лагерь — СССР, Украина, Белоруссия, Молдова, Латвия, Литва, Эстония, Румыния, Венгрия, Чехословакия, Югославия — системно убирал религию из жизни людей. Закрывались синагоги, арестовывались раввины, молитва запрещалась, язык святости уходил в подполье. Холокост унёс миллионы. Миллионы выживших отошли от традиции — ушли в атеизм, коммунизм, социализм, светский сионизм. Тегилим исчезли из домов. Исчез Шаббат. Исчезла сама способность говорить с Богом.

 

Но нить не порвалась.

Её жгли, тянули, скручивали — но она выдержала. И сегодня мы видим, как эта нить возвращается, будто душа народа вспоминает утраченный голос и впервые за столетия начинает дышать.

 

В синагоге на 11-й Брайтон я вижу людей, которые пятьдесят лет были далеки от религии. Инженеры, профессора, врачи — воспитанные строгим советским атеизмом. И я вижу, как они стоят с Тегилим в руках, открывают Марив, зажигают свечи, и в их глазах появляется тот дрожащий свет, который рождается, когда душа просыпается от долгого сна.

 

Но есть и другое. Ещё удивительнее.

 

Я вижу неевреев — русских, украинцев, белорусов, китайцев, ямайцев — которые приходят сами. Никто их не зовёт. Никто не уговаривает. Они подходят к полкам, берут Псалмы Давида и начинают читать. Одни ищут еврейские корни. Другие признаются, что «что-то тянет». Иногда это человек, который вчера говорил что-то недоброе о евреях, а сегодня, найдя след далёкой бабушки, держит Тегилим с трепетом. Это не политика. Это не социология. Это зов, который слышит душа.

 

Я знаю это по себе. Когда я впервые вошёл в синагогу в 1997 году, некоторые родственники смеялись — говорили, что я хожу туда «поесть». Они не понимали, что даже если еврей приходит в синагогу покушать, в этом шаге уже есть святость. Это не ноги идут — это душа. Так начался и мой путь: от робкого входа в синагогу — к Торе, к ивриту, к Псалмам, к раввинскому пути, к глубокой работе с Тегилим в Graduate Theological Foundation с профессором-принстонцем мирового уровня. И каждый урок подтверждает: нет на земле текста, который жил бы так же естественно, глубоко и мощно.

 

 

 

Профессор из Принстона, Псалом 63, Псалом 134 и загадка Храма

 

Когда мы изучали Псалмы 63 и 134, возник эпизод, который я никогда не забуду.

 

В Псалме 63 Давид обращается к микдашу, к Святилищу.

Профессор спрашивает:

 

— «У Давида был Храм?»

 

Я отвечаю:

 

— «Нет, Храм построил Шломо.»

 

И он говорит:

 

— «Тогда текст написан позже.»

 

Это — чистая академическая логика.

Но духовная логика — другая.

 

Да, каменного Храма не было.

Но у Давида была Палатка Свидетельства, внутренний шатёр, где стоял Ковчег Завета.

А там, где Ковчег — там присутствие Шхины.

Иногда — более сильное, чем в каменном Храме.

 

Я сказал профессору:

 

— «Давид мог назвать это Храмом. Потому что он видел Храм. Он видел Микдаш шел Мала — Небесный Храм. Он был пророком. Он был любимцем Всевышнего. Он видел духовную реальность душой, не глазами.»

 

И тогда профессор, человек науки, тихо сказал:

 

— «Если это так — тогда действительно Давид мог говорить о Храме.»

 

Тогда я понял: даже академический ум склоняет голову перед огнём пророчества.

 

 

 

Кто писал Псалмы? И почему все — под именем Давида

 

Раввинская традиция ясно говорит:

Тегилим писали не только Давид.

Писали левиты.

Писали потомки Кораха.

Писали храмовые певцы.

 

Но никто из них не поставил своего имени.

Почему?

 

Потому что все они знали: голос — Давида.

Стиль — Давида.

Мелодия — Давида.

Дух — Давида.

 

Они не создавали альтернативную книгу.

Они продолжали огонь, который зажёг он.

 

Они не сказали: «Мы авторы».

Потому что чувствовали глубину:

всё это — его свет.

 

Он — корень.

Он — источник.

Он — линия, из которой придёт Машиах.

 

И как Машиах не скажет:

«Я потомок Ружинского ребе»

или «потомок Виленского Гаона»,

но скажет только:

«Я сын Давида»,

 

так и все авторы Тегилим знали,

что их строки — продолжение его линии.

 

 

 

ABA как неожиданное подтверждение пророчества

 

Три силы ABA —

Описание.

Предсказание.

Контроль.

 

Они дают простое, почти научное объяснение:

 

Описание: Псалмы читаются три тысячи лет, в иудаизме, христианстве, исламе.

Предсказание: текст, несущий Божественный свет, переживёт эпохи.

Контроль: так и вышло. Он живёт. Он работает. Он исцеляет.

 

Это — факт, который наука не может опровергнуть.

 

 

 

Тегилим — духовная ДНК народа Израиля

 

Тегилим — не сборник молитв.

Это — духовное ДНК народа.

Это язык души Израиля.

 

Поэтому христианство читает их в литургии.

Ислам признаёт их как часть древнего откровения.

Другие культуры цитируют их как источник силы.

 

Они не добавляют ничего нового —

они слушают то, что сказал Давид и те, кто продолжил его свет.

 

 

 

Пока звучат Псалмы Давида…

 

пока еврей открывает их в радости или беде,

пока нееврей находит в них своё утешение,

пока кто-то в Нью-Йорке, в Киеве, в Яффо, в Буэнос-Айресе читает их ночью —

 

Израиль жив.

Мир стоит.

И шаги Машиаха становятся ближе.

 

 

 

И мягкий постскриптум — маленький намёк о Канани

 

Я много писал о Канани — первой израильской породе кошек.

Она происходит от Felis lybica, вида, который жил на земле Израиля со времён Эдена.

Она не исчезла.

Она сохранилась.

 

И Канани унаследовала древнюю кровь —

не выведенная породистость,

а возвращённая первозданность.

 

И снова — знак.

 

На её лбу — буква М.

 

М — Моше

М — Машиах

М — Малах

М — Мальхут

М — Мицва

М — Мигдаль

 

Это не пророчество.

Это намёк.

 

Как древний свет возвращается в душах,

так он возвращается и в мире.

 

Как Псалмы Давида живут в XXI веке,

так и древний корень Израиля просыпается в маленьком создании,

которое носит на лбу букву М —

не зная, что она значит.

 

И, может быть, как Машиах придёт вовремя,

так и эта кошка появилась в свой точный час.