Мелькир

Тьма наступает! Со всех сторон. И если ты ей не поддаёшься по-хорошему, она обязательно начнёт склонять тебя по-плохому. Мытарства Иова покажутся просто чудесным променадом, если тьма возьмётся тебя пытать.

 

Пробудить всё человеческое в человеке намного проще, чем воззвать к его человечности. Удержаться непросто, особенно, если болтаешься в пространстве на четырёх гвоздях.

 

И как бы ни было тяжело, надо помнить о кладовке, о заветной полке, двигаться в её сторону. Ведь любой тоннель имеет конец, за которым плещется свет.

 

***

— Бог умер! Бога больше нет! — закричал кто-то.

 

И слова замерли в пространстве. Запечатали его. Будто мир не хотел верить в случившееся!

 

Мёртвый Бог — не Бог живой!

 

И мир пошатнулся. И туда хлынула лавина бесов, со всех щелей и дальних закоулков мироздания. Ведь теперь никто не мешал им пировать.

 

А пиршество славное получалось. Ведь играть на низменных страстях человечества даже проще, чем играть на нервах. Это вам не небесный орган и не радужный ксилофон.

 

Бесы не знают меры. Вечно голодные, они даже забыли, как это — быть сытыми. Потому готовы грызть, грызть, грызть, даже по верхам, даже чуть-чуть, чтобы потом с разорвавшимся от переполнения пузом провалиться в недавно покинутые тартарары.

 

— Бог умер! — кто-то до сих пор кричал это. И бесы заполняли землю, радуясь неожиданной свободе.

 

Вот только тот, кто кричал, напрочь позабыл, что у Бога был наследник — Сын. И он прекрасно помнит, где в кладовке на дальней полке стоит баллончик с дихлофосом.