Фигологическое

Третьего дня заметка. Забыла про неё!

 

***

Напала напасть, школьный вирус, вроде, как школьники демонстрируют, два дня, и всё; но эти тридцать восемь-тридцать девять при ласковых сентябрьских двадцати, но этот песок в глотке, но этот обруч на башке...

 

Вчера, нажравшись нурофену и обмотавшись полузабытой - в принципе - ковидной медицинской маской, посетила одну из дитячьих школ: двойня нахватала двоек по русскому/литературе. В августе двойниному девятому чото-там (чехарда не только с педагогами, с детализационными литерами тоже) по разнарядке спустили зверя, вепря, антихриста, адова педагога с пушкинским именем Евгений тоже чото-там (нет никакой чехарды, просто никак не могу запомнить). Евгений, оценив знания вверенного в целом и моих детей в частности, пришёл в ужас, ужас сменился яростью, и в элжурах обосновались элегантные перелётные лебеди. Надолго ли к нам? - Кто знает, кто знает, может статься, года на три; а ну как после ОГЭ ваши чада выживут, мы тогда ещё похлопаем, похлопаем над ними белыми хладными крылами.

 

Евгений оказался молод, востронос, лысеющ, одет с иголочки. И не только с гонором. Ещё и с тенором. Почти оперным. Я слушала и млела, думая: вам бы, Эжен, этакими модуляциями каватины облагораживать, уж никак не о катастрофическом уровне успеваемости вещать.

 

В какой-то момент я ввиду инфлюэнцы - и ввиду модуляции, кто ж не спал в опере! - начала задрёмывать. Евгений, наверное, заметил и, наверное, озверел окончательно и бесповоротно.

 

- Нет, вы полюбуйтесь! - театрально вскричал он и холёной филологической дланью швырнул на парту компромат на мою дочь.

 

Я всхрапнула, мотнула башкой и погрузилась.

 

Вероятно, Эжен ожидал катарсиса. Но я начала ржать. Сначала над лексемой "дистилированный", в которой было допущено три орфографические ошибки. Потом над максимой, которая уверяла, что подлежащее - это часть речи, выражаемая волнистым существительным.

 

- Над чем вы смеётесь?! - взгромыхнул Евгений. - Плакать надо, а не смеяться!

 

- Я сквозь слёзы, - пробормотала я, - сквозь волнистые слёзы, выраженные составным глагольным сказуемым.

 

Евгений осёкся. И осторожно спросил:

 

- А вы знаете, что такое составное глагольное сказуемое?

 

- О да, - закивала я и села на коня.

 

В итоге мы - я с конём и педагог Эжен - минут сорок беседовали как на филологические, так и на лингвистические темы. Правда, я в какой-то момент принакрылась тридцатью семью и примерно восьмью. И с умеренным жаром начала доказывать Евгению, что Велимир дурак и что дипломат и дипломант - это нихрена не паронимы, а эти, как их, ну вы знаете. Евгений только глаза таращил и воду предлагал. Возможно, дистилированную.

 

Расстались мы почти приятелями. Мне было рекомендовано проверить дочь на предмет подробного пересказа "Бедной Лизы" Карамзина - и, как в мультфильме, заходить, если чо.

 

Но двойки, ****, продолжает ставить. Хотя я Лизу проверила вдоль, поперёк, по диагонали и с дрыном в руке.

 

 

P.S. Фотка опять от младшего сына.

 

P.P.S. Завтра иду в Большой на "Травиату".