Khelga

Подруга накануне Нового года укатила в Португалию. Оставив в российской столице символ: палевую двухлетнюю лабрадоршу Аманду. Мне было поручено трижды в день навещать символичную девочку на предмет покормить-выгулять-вымыть лапы и брюхо-поговорить за жизнь. Участие в мероприятии моих детей приветствовалось. Потому я нещадно эксплуатировала и так далее - благо дети в Аманду влюбились и рвали друг у друга то алый поводок, то рыжую тряпку для мытья палевого тела.

 

Аманда, мудрая, как все женщины, улыбалась, похрюкивала и несколько снисходительно лизала руки в ответ на обожание. И даже не обижалась на новую кличку - Людмила Прокофьевна. Двойняшки, впервые вглядевшись в новогоднюю рязановщину, нашли её достойной употребления. И начали её цитировать. Иногда - в частности, применительно к Аманде - уместно: наблюдая вихляющий плотный круп рысящей по району псины, девки дружно орали: "Людмила Прокофьевна, где вы набрались этой пошлости? Вы же виляете бёдрами, как непристойная женщина!"

 

И Людмила Прокофьевна и виляла, и прыгала за палкой, и исполняла команды "голос" или "ползти" (дети непременно вспоминали про "ползти" и ещё про "лежать" неподалёку от какой-нибудь обширной лужи!) И - да, да - улыбалась розовой пастью и карими глазами.

 

Девчонки, перед тем, как покинуть Аманду Прокофьевну, оставляли ей плюшевых щенков, чтобы она не скучала.

 

И дома рисовали: висячие уши, улыбка, немного грустные глаза, ошейник с узорами. И ёлку рядом, и цифры 2018, и слова - я поторопилась, но теперь точно знаю, что в 2019 хочу собаку, амандиного или там людмилиного щенка, настоящего, не плюшевого.

 

А я бы и не дожидаясь 2019-го.