Ищу Критика! Максим Приходский.

Всем привет!

Михаилович Даниил — «Колечко»

Поэты пьют изысканные вина,

В закусках им завидует гурман,

Я по-утру клин вышибаю клином,

Цежу сивуху мутную в стакан.

И в зеркало суюсь опухшей мордой,

Ополоснув её слегка водой,

И выхожу на улицу, не гордый,

И к женщине иду не молодой.

Она вздохнёт по-бабьи и заплачет,

И скажет:- "Ну какой же ты дурак.

Твоя любовь ей ничего не значит,

А ты не успокоишься никак."

Мы посидим на кухонке уютной,

Попьём чайку под тиканье часов,

И стрелками--короткой и минутной,

Обрежет нить накопленных грехов.

Она меня проводит на крылечко,

Поправит ворот и опять вздохнёт.

Тускнеет на руке её колечко,

На левой, и ещё чего-то ждёт.

---------

Техническая сторона

Метрика: силлаботоника, 5-стопный ямб.

Замечания к метрике:

Я по-утру клин вышибаю клином — слово «клин» лишено метрического ударения, хотя оно достаточно значимое во фразе и требует акцента. Можно уловить сдвиг «поутруклин».

Твоя любовь ей ничего не значит — аналогично со словом «ей». Хотя служебные части речи порождают ненамеренные сдвиги с меньшей вероятностью, в данном случае ситуация усугубляется ошибкой управления: как правило, говорят «твоя любовь для неё ничего не значит». Поэтому на слух фраза может быть воспринята неверно — читатель или, скорее, слушатель может быть просто не готов воспринять её так, как она написана.

Рифма: довольно проста и невыразительна. Выполняет свою функцию, не привлекает внимание.

* * *

Автор рассказывает нам романтическую историю с оттенком декаданса. Мы видим это как в описании лирического героя и его действий («опухшая морда», сивуха с утра), так и в лексике стихотворения — «суюсь», «по-бабьи» и прочее. Приближенность к «суровой реальности», угасание высших материй (отражающееся в тускнеющем кольце), ощущение тяжести жизни — всё это взывает к читателю, который, быть может, тоже смотрит на жизнь таким усталым взглядом. Сюжет подан не самым ясным образом: мы понимаем, что, скорее всего, женщина, к которой приходит лирический герой, любит его. В финале по кольцу на левой руке мы догадываемся, что она вдова. Однако есть (подразумевается) ещё одна, которую, вероятно, любит уже сам лирический герой. Но кто она, что их связывает, насколько сильна и болезненна эта связь, нам остаётся только догадываться.

На мой взгляд, эта незавершённость ограничивает эффект от названных выше особенностей стихотворения. Нам в деталях (вплоть до ополаскивания водой «опухшей морды») описывают лирического героя, его тяжёлое утро и его словно само собой разумеющееся (привычное, подсознательное?) решение отправиться к женщине. Мы бы хотели узнать его историю до конца, от кого он уходит, почему, как давно и прочее, но вместо этого фокус повествования смещается на женщину, на её выраженное во вздохе и кольце на левой руке страдание. Учитывая, что именно этим заканчивается стихотворение, и что то самое колечко вынесено в заголовок, полагаю, это и есть главное, о чём нам хочет рассказать автор: тихая боль женщины, перенёсшей утрату, но всё ещё слабо надеющейся на что-то счастливое в жизни. Из-за этого я ощущаю некоторую разрозненность усилий: автор сконцентрировался на изображении характерных деталей одного героя, но привёл читателя к другому. Возможно, стоило завершить историю чувствами и ощущениями мужчины, прописать его жизнь чётче, или, как вариант, проработать через то же описание деталей и действий героиню стихотворения, уделить ей больше внимания.

Кроме того, я обращу внимание на следующее. Вводные первые две строки о поэтах, пьющих изысканные вина, выглядят искусственно, словно они пришли вместе с какой-то бродячей мыслью не из этого стихотворения и остались здесь исключительно для контраста — где-то, быть может, всё изысканно, а жизнь, вот она, прямо здесь. Но так ли они нужны? Ведь далее о них мы не вспомним. Во втором четверостишии автор слишком часто использует союз «и» в начале строки. Мне кажется, в данном случае это создаёт ненужное ощущение сбивчивости речи и выглядит скорее как дань метрике, слова-затычки. Быть может, стоило построить эту фразу иначе? Кроме того, сомнение вызывает оправданность характеристики героя «не гордый» — для гордости здесь изначально не видно причин и нет никакого ряда эпитетов, куда она бы вписалась.

Выше я уже упомянул об ошибке управления: «твоя любовь ей ничего не значит». Это может быть устаревшей и ныне разве что просторечной формой, которая используется в прямой речи намеренно. Но в любом случае, автору следует иметь это в виду.

Несколько претензий у меня к строкам:

И стрелками--короткой и минутной,

Обрежет нить накопленных грехов.

Во-первых, автор неожиданным образом использует разноплановые обозначения стрелок: здесь мы ожидаем либо короткую и длинную, либо, что более естественно, часовую и минутную. Во-вторых, безличная форма «обрежет нить стрелками», на мой взгляд, вводит читателя в заблуждение. Можно на миг подумать, что нить будет обрезать что-то стрелками, хотя, конечно же, здесь речь о чём-то незримом, неуловимом, возможно, о времени. Наконец, сам образ — стрелки обрезают нить накопленных грехов — нуждается в проработке и расшифровке. Каким образом грехи стали нитью — они слились в тесто и вытянулись или, возможно, они нанизаны, как кольца, на нить воспоминаний вокруг шеи? Почему стрелки их обрезают — чай и разговор на кухне способствуют облегчению страданий, или же наоборот грехи падают на голову дамокловым мечом? В конце концов, связаны ли эти грехи с историей, которую нам рассказывают? Мне кажется, этот образ возымел бы больший эффект, если бы он был более чётким, конкретным и проработанным.

Финальная фраза «Тускнеет на руке её колечко, на левой, и ещё чего-то ждёт» смущает меня тем, что колечко на левой руке чего-то ждёт. Поскольку намного более логичным и эстетически напряжённым мне кажется то, что сама женщина чего-то ждёт, я рассматриваю вариант, что, может, автор имел в виду именно это и просто не так выразился. Что касается финала в целом, как я сказал в начале, персонаж, на эмоциях которого он построен, недостаточно раскрыт и показан, хотя потенциально это сильная концовка — смерть мужа могла бы стать фактором, меняющим или даже переворачивающим читательское восприятие героини. К сожалению, и само стихотворение страдает от ряда недочётов и грамматических ошибок, что также не позволяет оценить его в полной мере. Есть, над чем работать.

---------

Инь-ян — «Ночное»

И больше нет ни стен,

Ни холода, ни боли,

Остался только тлен

Уже потухшей воли,

Остался только плен

Пугающей неволи,

Остался полумрак

Холодной полунОчи,

Остался только страх,

Боязнь финальной точки.

Но шрамы на руках,

А дух из оболочки.

---------

Техническая сторона

Метрика: силлаботоника, 3-стопный ямб. Короткие строчки хорошо передают ощущение пустоты, словно сами слова заканчиваются. Это дополнительно отражается в строфике — сначала группа из шести строк, затем их четырёх, затем из двух.

Замечаний к метрике нет.

Рифма: невыразительна, но выверена. Есть, тем не менее, одно важное замечание: созвучие «воли — неволи» является однокоренной рифмой. Это считается плохим тоном, потому что такие созвучия легко создаются и едва ли воспринимаются как рифма: корень один и тот же, почти не ощущается напряжение смыслов. Можно найти исключения и варианты художественного оправдания однокоренной рифмы, но в данном случае ничего подобного я не вижу.

* * *

Стихотворение короткое и словно иссякающее: почти ничего нет перед концом (жизни, а, может, и мира), и автор называет лишь несколько вещей, которые «остались». Форма хорошо это передаёт. Сами ощущения переданы буквально несколькими штрихами, и недосказанности здесь предостаточно. Заголовок «Ночное» подсказывает, что, возможно, это всего лишь наступление ночи, и описывается страх перед ней, который кому-то приходится переживать после каждого захода солнца. Но слишком уж сильно бросается в глаза всепоглощающая пустота и «финальность» стихотворения, поэтому я вижу здесь полное душевное опустошение, которое ночь только усиливает.

Кроме этого в глаза мне бросилось несколько противоречий. Поскольку стихотворение очень психологичное, противоречия тоже исключительно на уровне ощущений. Первое — нет стен, однако речь заходит о неволе. Да, я могу понять, что стены исчезают из вида, но всё же другую неволю — плен тьмы — стоило, по-моему, поддержать, выделить по-особому. Стоит также иметь в виду, что плен и неволя — синонимы, а плен неволи — тавтология. Второе — нет холода, и тем не менее, «полуночь» холодна. Кстати, сама трансформация «полночь — полуночь» мне нравится, в этом есть свой смысл, перекличка с мотивом иссякания и пустоты.

Отмечу также повтор слова «только» — хотя оно здесь является частью анафоры, когда мы перечисляем, что осталось (одно, два, три, четыре...), слово «только» (означающее «ничто, кроме...») начинает звучать странно. Кроме того, повторы в коротких текстах стоит использовать с осторожностью и чётким пониманием, что мы делаем, так как речевое пространство здесь более ограничено.

Наконец, последние строки:

Но шрамы на руках,

А дух из оболочки.

Вариантов их толкования множество. Шрамы на руках могут быть как просто напоминанием о прожитой боли, так и признаком попытки самоубийства или даже религиозным символом (стигматы). Дух из оболочки — это либо указание на то, что дух неназванного героя самостоятельно не существует (и, по сути, представляет собой лишь часть тела-оболочки), либо выражение того, что дух в этот момент покидает тело (оборванная фраза «дух из оболочки улетает прочь»). С одной стороны этому образу тоже нужна поддержка и проработка, так как стихотворение слишком короткое, я как читатель не успел разогнаться, войти в этот мир (пусть и исчезающий), и без дополнительного контекста у меня нет желания строить большие теории. С другой — если из какой-то песни слов не выкинешь, то в эту песню слов не вставишь. Иначе говоря, это стихотворение выигрывает за счёт своей краткости и оборванности, поэтому объяснять, расписывать что-то не имеет смысла. Так что, недолго думая, я прихожу к такому варианту: герой ставит финальную точку, режет себе вены, и дух покидает тело. Печальное, но логичное завершение.

В коротких стихах важно каждое слово, и, на мой взгляд, это произведение могло бы более оптимально использовать своё речевое пространство. Весьма непросто показать душевное опустошение и наступающий мрак в нескольких строках так, чтобы это захватило читателя, заставило его глубоко и полно пережить эти несколько мгновений. Меня, увы, не захватило.

---------